– Повелитель Вейж, моя память не подвела меня, – поклонился ему Лахлан. – Она расставила все события в порядке их значимости. Гибель адмирала важнее измены главного смотрителя маяка, хотя именно та и послужила ее причиной. Прошу простить меня, если моя память ошиблась.
– Скажи, кто заплатил человеку за измену? – вмешался гном Вигман. – Пираты?
– Мы не знаем этого, – ответил Лахлан. И многозначительно уточнил: – Пока не знаем.
– Почему? – спросил, пришепетывая, пэн-хоу Янлин. – И когда узнаете?
– Главный смотритель маяка сбежал, – с огорчением произнес Лахлан. – А вместе с ним и второй смотритель, домовой по имени Крег. Они каким-то образом сумели расправиться с отрядом морских пехотинцев, которые охраняли маяк, и скрылись в неизвестном направлении. Прошу извинить меня за отрывочность и скудость сведений, которые я могу сообщать глубокочтимым членам Совета тринадцати, но свидетелей преступления почти не осталось. Восстанавливать события приходится по крупинкам и часто почти по наитию, не имея достоверных фактов.
– Иными словами, ты пытаешься накормить нас недозрелой ягодой предположений, которые ты собрал, блуждая в зарослях недостоверных источников, – сказал леший Афанасий.
– Это не так, повелитель Афанасий, – возразил Лахлан, не забыв поклониться лешему. – Я сказал, что свидетелей почти не осталось, но они все-таки были, и начальник охраны посольства Эльфландии их допросил.
– Тогда нам нужен начальник охраны, а не ты, – заявил Афанасий. – Не трать напрасно нашего времени. Где он?
Лахлан вопросительно взглянул на эльбста Роналда. Тот, в свою очередь, бросил недовольный взгляд на лешего и сказал:
– Не забывайся, Афанасий, приказы здесь отдаю я
– Так прикажи, – ответил леший. – А то я уже устал слушать этого велеречивого премьер-министра. Думаю, что и другие члены Совета тоже.
Многие духи согласно закивали. И эльбст неохотно уступил.
– Выслушаем Грайогэйра, – сказал он и грозно взглянул на премьер-министра. – Надеюсь, ты не забыл взять его с собой?
– Грайогэйра? – Лахлана настолько удивило, что глава Совета ХIII знает имя начальника охраны посольства Эльфландии, что он не сумел скрыть этого. Но тут же опомнился. – Разумеется, нет, повелитель Роналд! Он ожидает меня за дверью.
– Ты привел его сюда, опасаясь за свою безопасность? – спросил, усмехнувшись, тэнгу Тэтсуя. – Ты думаешь, он сможет тебя защитить от нашего гнева?
Лахлан побледнел от страха, не зная, что ответить. Он боялся даже бросить взгляд в сторону эльбста Роналда. Эльф почувствовал, что его жизнь висит на очень тонкой невидимой нити, которую в любой момент может перерезать глава Совета ХIII, взяв на себя функции мойры Атропос. О вере людей в существование трех сестер мойр, считавшихся у древних греков богинями судьбы, Лахлан услышал однажды от Катрионы и почему-то запомнил.
– У нас пока нет причин гневаться на премьер-министра, – раздался томный голосок юды Бильяны. – Ведь так, Лахлан?
Лахлан с благодарностью поклонился юде. Его взгляд красноречиво высказал, что он никогда не забудет об оказанной ему услуге. Впрочем, он не сомневался, что сама юда при первом же удобном случае напомнит ему об этом долге. О пристрастии юды Бильяны к молодым мужчинам знали все.
– Позови его, – приказал эльбст Роналд.
Лахлан ушел и вернулся с Грайогэйром. Тот не кланялся, подобно Лахлану, всем подряд, а склонил голову только перед эльбстом Роналдом. Грайогэйр знал, что если он когда-нибудь станет членом Совета ХIII, то ему припомнят его былую угодливость и будут обращаться с ним, как с парией, отверженным и бесправным существом, обманом проникшим в их среду. Лахлан не понимал таких нюансов. Он был плебеем не только внешне, но и по природе своей.
– Ты знаешь, кто подкупил смотрителей маяка? – спросил гном Вигман.
Но Грайогэйр не успел ответить. Раздался голос эльфа Фергюса.
– А разве факт подкупа смотрителей маяка установлен? – спросил он. – Или это только предположение, высказанное премьер-министром Лахланом, которое все мы почему-то стали считать за истину?
Члены Совета ХIII переглянулись. В их взглядах читалось, что Лахлану никто не верил. Но Грайогэйр не дал времени на то, чтобы зерно сомнения, брошенное Фергюсом, дало всходы.
– Я нашел в карманах сержанта Дерека, командовавшего отрядом морских пехотинцев, множество алмазов на баснословную сумму, – сказал Грайогэйр. – Допросив с пристрастием Скотти, которая прислуживала на маяке, я узнал, что эти алмазы сержант забрал у главного смотрителя маяка. Скотти подтвердит это под присягой, если потребуется.