Подумав так, Грайогэйр злобно оскалился. И поймал на себе внимательный взгляд Фергюса. Тот был, как всегда, бесстрастен, на его лице жили одни глаза. Но они были сейчас очень выразительны. Фергюс тоже понимал, что едва избежал серьезной опасности и что его карьера висит на волоске тоньше человеческого. Ему нужны были союзники. И Грайогэйр мог стать одним из них, особенно после того, как бесследно пропал Грир. Он даже чем-то напоминал Фергюсу Грира. Не внешностью, конечно. Внешне они были полной противоположностью.
Повинуясь взгляду Фергюса, Грайогэйр подошел к нему.
– Ты обдумал мои слова, Грайогэйр? – сухо спросил эльф.
– Да, и очень хорошо. Более того, у меня тоже есть, что тебе предложить, – сказал Грайогэйр и бросил незаметный взгляд кругом. – Но не здесь.
– Через час в ресторане Maxwell, – тихо, почти не разжимая губ, произнес Фергюс. – Во внутреннем дворике.
Грайогэйр знал этот известный в Берлине ресторан с фасадом в неоготическом стиле, который располагался в здании, построенном в ХIХ веке. Его посещали знаменитые среди людей политики, артисты, музыканты, ценители искусства. Внутренний дворик ресторана мог одновременно разместить до ста человек, поэтому их никто бы не смог бы подслушать, а они с Фергюсом никому не бросались бы в глаза. Грайогэйр кивнул, и они с безразличным видом разошлись в разные стороны.
Уходя из конференц-зала, Грайогэйр прошел рядом с Лахланом, который с самым жалким видом что-то выслушивал от юды Бильяны. Морщинистая кожа юды блестела от капелек пота, выступивших из крупных пор, воронками изрывших ее лицо, от тела юды шел едкий запах сексуального желания. Она держала эльфа за руку, словно опасаясь, что он может убежать от нее, и прижималась к нему своей обвисшей грудью.
Фергюс и Грайогэйр встретились через час во внутреннем дворике ресторана Maxwell. Посетителей было много, но официант, получив от Фергюса пятьдесят марок, убрал от столика лишние стулья, и уже никто не мог к ним подсесть. Однако сам он уходить не собирался, рассчитывая на большее. Это был низенький и очень худой белобрысый парнишка с бесцветными глазками, чем-то похожий на заморыша-эльфа, и это раздражало Фергюса не меньше, чем его назойливость.
– Что будете заказывать? – спросил официант. – Рекомендую…
– Мне steiger, – прервал его Грайогэйр. – Черное пиво хорошо утоляет жажду.
– Вы хотели сказать – schwarzbier? – поправил его официант.
– Я хотел сказать, что желаю выпить напиток, который предпочитали пить горные мастера, работавшие на серебряных рудниках в Тюрингии, Саксонии и Франконии. Это было в те времена, когда еще твой прапрадед бегал под стол пешком, – ухмыльнувшись, заявил Грайогэйр. – А знаешь, почему штейгеры его пили? Потому что это пиво обладало магическими свойствами. Его варили мои предки. Именно тогда среди людей и зародились предания про сокровища гномов и загадочные горные пещеры на лесных склонах. Ты знал об этом?
– Никогда не слышал, – с тоской глядя поверх его головы, ответил юнец. – Но если вас так волнуют рудники, то можете заказать «крестьянское» пиво. Оно придает силы после тяжелой работы.
– Тебе-то откуда знать? – Грайогэйр махнул рукой. – Ладно, неси свой schwarzbier, если он такой же черный, как мой steiger. Но берегись, если это не так!
– А вам? – официант перевел свой бесцветный взгляд на Фергюса. – То же самое?
– Мне светлое, – буркнул Фергюс. – Helles.
Официант ушел и вскоре вернулся с двумя большими кружками, наполненными до краев черным и светлым пивом. Поставил их перед Фергюсом и Грайогэйром и быстро удалился, стараясь не оглядываться. Эти двое, которых он необдуманно посадил за свой столик, прельстившись на легкий заработок, вызывали у него невольную внутреннюю дрожь. Может быть, все дело было в их глазах. В них не было ничего человеческого.
– Кажется, ты хотел мне что-то предложить, – с плохо скрытой насмешкой сказал Фергюс, рассматривая на свет кружку с пивом, любимым напитком немцев, но который он сам терпеть не мог.
– Совет тринадцати. Как тебе мое предложение?
Фергюс перевел свой взгляд, выражающий презрение, с пива на Грайогэйра.
– Ты с ума сошел? Или забыл, что разговариваешь с членом Совета тринадцати?
– Да, ты член Совета. Но все может измениться, если не найдешь Катриону.
– Ты хотел сказать, Бориса Смирнова?
– Где она, там и он.
– Ты уверен в этом?
– В чем? В том, что ты потеряешь свое место в Совете или что эльфийка стала любовницей человека?
Лицо Фергюса покрылось багровыми пятнами. Но он сдержал свой гнев.
– Меня не волнуют ничьи альковные тайны, – сказал он. – А вот почему ты обвинил человека в том, в чем он не виновен – это интересно. Никто не расплачивался с ним алмазом. Алмаз принадлежал домовому Крегу.