Девятого июля 1981 года в Москву вернулась Марина Влади. Вернулась уже в качестве генерального директора кинокомпании Metro-Goldwyn-Mayer. Компания успешно прошла аудит, и сделка за пятьдесят два миллиона долларов состоялась. Министерство Финансов США пыталось копать, но из Швейцарии пришло подтверждение о предоставлении холдингу Chelyaber AG кредитов на общую сумму в семьдесят пять миллионов четырьмя банками, и поставить под сомнение законность происхождения средств у американцев не получилось.
"Наследие ушедших-2" за шесть с половиной месяцев проката в США собрал уже больше, чем первая часть за год – семьдесят три миллиона долларов, и с большим отрывом лидировал в списке самых кассовых фильмов 1981 года, опережая "Индиана Джонс: В поисках утраченного ковчега" на семнадцать миллионов. По прогнозам сетей кинопроката, общий сбор должен был составить порядка ста двадцати миллионов, а всё, что "Наследие-2" заработает свыше сотни, Воронов распорядился направить в премиальный фонд, и Марина уже объявила об этом американской прессе (без упоминания Максима, конечно). Со ссылкой на "Лос-Анжелес Таймс", заметку "Аттракцион невиданной щедрости" опубликовал в июньском номере "Советский экран", добавив от себя, что деньги ещё, конечно, не собраны, но если будут (а это очень вероятно), то Жан-Поль Бельмондо, Владимир Высоцкий, Вячеслав Тихонов, Леонид Куравлёв и Василий Лановой войдут по итогам года в десятку самых высокооплачиваемых актёров в мире.
– Вовремя ты вернулась, меня тут уже чуть на куски не разорвали. Нужно было об этом заранее объявлять?
– Меня там тоже чуть не разорвали. – улыбнулась Марина, – А там акулы не чета здешним, но я отбилась, и ты не ворчи. Объявила я очень вовремя, нам в "Американце" явно не хватало для афиши топовых в Штатах актёров, а теперь они будут в достаточном количестве.
– Кого ты подписала?
– Пока никого, ты режиссёр – тебе выбирать. Подписать теперь могу кого угодно – хоть Харрисона Форда, хоть Роберта де Ниро, хоть Шона Коннери.
– И что, они согласятся на роли второго плана?
– Почему бы и нет? Аль Пачино в нашей команде победил на Оскаре и Каннском фестивале, это уже много, даже не говоря про полученную им премию. Но я хочу предложить тебе внести поправки в сценарий, чтобы они из второго плана, во втором и третьем "Американце" переместились на первый.
– Все?
– Тебе решать. Деньги есть. Сам понимаешь, это наш старт в качестве нового руководства MGM, а от старта зависит очень многое.
– Сценарий переделать можно, я подумаю. Слушай, меня тут Пахмутова достала уже до печёнки – просит познакомить с исполнителями её музыки в "Наследии", а я и сам с ними незнаком.
– Познакомить то можно, только работать со "Скорпионс" напрямую она вряд ли сможет. О, идея! У тебя ведь теперь шикарный английский, ты на нём стихи писать не пробовал?
– Нет. Для этого мало знать язык, нужно чувствовать душу говорящего на нём народа.
– А перевести сможешь?
– Могу, но не собираюсь. Мои стихи там не поймут.
– Да я не про твои. Есенина сможешь?
– Есенина… Есенина можно попробовать, есть у него подходящие вещи.
– Попробуй, а я предложу Пахмутовой написать под них музыку, для исполнения "Скорпионс". С такого альбома MGM Recording Studios может неплохо стартовать.
– Её же вроде армянин продал.
– Он продал здание с оборудованием и коллекцию записей, само название осталось нам. Как быстро ты сможешь перевести "Мне осталась одна забава"?
– Семь строф, если я правильно помню. За неделю должен успеть.
– На всякий случай заложим две. Я приглашу Александру Николаевну в гости… так, нет, четверг наверняка будет занят, не годится… в субботу двадцать пятого. Может ты к тому времени парочку перевести успеешь.