– Ты поднимался на борт? Все осмотрел? В трюме тоже?
– Да. – И вдруг вспыхнула робкая надежда. – У Бена ведь не было шлюпки?
– Нет… Но постой! Почему же его все-таки там нет? – Голос ее уже стал резким.
– Я…
– Где он?
Броуди уловил истерические нотки. Он пожалел, что не поехал к ней, а только лишь позвонил.
– Ты одна, Салли?
– Нет. Дети тоже здесь.
Казалось, она немного успокоилась. Броуди понимал, что такое спокойствие – всего лишь временное затишье перед взрывом отчаяния, который неминуемо случится, когда она осознает, что все страхи, не покидавшие ее ни днем ни ночью в течение долгих шестнадцати лет, пока Бен рыбачил, – все страхи, запрятанные в глубине души и никогда не высказываемые вслух, потому что могут показаться смешными и нелепыми, – вдруг стали явью.
Покопавшись в памяти, Броуди пытался вспомнить возраст детей Гарднера. Вроде бы двенадцать старшему сынишке, девять – среднему. Младшему, наверное, около шести. Старший… интересно, как он сейчас выглядит? Броуди сокрушенно покачал головой. А кто живет с ними по соседству? Вот дьявольщина! Почему он не вспомнил об этом раньше? Финли. Да, точно, а то он чуть было не забыл.
– Секундочку, Салли… – сказал он и через селектор передал дежурному полицейскому в приемной:
– Клементc, позвони Грейс Финли и скажи, чтобы немедленно отправлялась к Салли Гарднер.
– Она наверняка спросит, зачем…
– Ну, скажи, что я попросил. Объясню после. – Он снова повернулся к телефону: – Прости, Салли. Сейчас я наверняка могу лишь сообщить, что мы были там, где стоит на якоре катер Бена. Мы поднимались на борт, но Бена нигде не нашли. Мы хорошо все осмотрели, спускались в трюм, ну и так далее.
В кабинет Броуди вошли Медоуз и Хупер. Он жестом пригласил их сесть.
– Но куда же он делся? – недоумевала Салли Гарднер. – Не мог же он вот так просто куда-то исчезнуть с судна посреди океана?
– Вряд ли.
– И за борт свалиться тоже не мог. Ну, то есть мог, конечно, но он бы в два счета залез обратно.
– Конечно.
– Может, он сел и уехал на другом катере? Может, двигатель никак не заводился и ему пришлось уехать с кем-то другим? Ты ведь проверил двигатель?
– Нет, – смутившись, ответил Броуди.
– Ну, значит, так и есть! – Голос ее зазвучал нежно, почти по-девичьи, в нем слышалась слабая надежда. – Если накрылся аккумулятор, то ясно, почему не работала радиосвязь.
– Радио работало, Салли…
– Минутку! Кто там? А, это ты. – Наступила пауза. Броуди услышал, как Салли заговорила с Грейс Финли. – Грейс говорит, – снова послышался ее голос, – что ты просил ее прийти ко мне. Зачем?
– Просто я подумал…
– Так ты считаешь, что он погиб? Думаешь, утонул? – Надежда угасла, и Салли зарыдала.
– Боюсь, что так, Салли. Это все, что мы можем сейчас предположить. Позволь мне, пожалуйста, коротко переговорить с Грейс.
– Да, Мартин? – услышал он в трубке голос Грейс Финли.
– Извини, что потревожил тебя, но не мог придумать ничего другого. Ты можешь немного побыть с ней?
– Хорошо, я останусь на всю ночь.
– Отличная мысль. А я позже тоже подъеду. Спасибо.
– Что случилось, Мартин?
– Мы сами толком не знаем.
– Снова эта… тварь?
– Может быть, и так. Как раз сейчас мы и пытаемся выяснить. Только сделай одолжение, Грейс, не говори Салли ни слова об акуле. И так все плохо.
– Хорошо, Мартин. Погоди-ка, – она прикрыла трубку ладонью. Броуди расслышал приглушенный разговор. Затем трубку взяла Салли Гарднер:
– Зачем ты это сделал, Мартин?
– Что я сделал?
Видимо, Грейс Финли попыталась забрать у нее трубку, поскольку Салли крикнула:
– Дай мне поговорить, черт возьми! – А потом спросила у Броуди: – Почему ты послал его? Почему Бена?
Она произнесла это довольно спокойно, но ее слова прозвенели в ушах Броуди так, как будто она закричала.
– Салли, ты…
– Ничего такого бы не произошло! – сказала она. – Ты ведь мог все предотвратить.
Броуди захотелось повесить трубку. Не было ни малейшего желания повторять сцену с матерью Кинтнера. Но ему надо было как-то защитить себя. Она должна понять, что он не виноват. Как она вообще может винить его?
– Перестань, – сказал он. – Бен был отличным рыбаком. И всегда знал, на что идет.
– Если бы ты не…
– Прекрати, Салли! – перебил ее Броуди. – Тебе надо немного отдохнуть. – Он положил трубку. Его охватили ярость и замешательство одновременно. Он разозлился на Салли Гарднер за то, что она обвиняла его, и еще на себя за то, что рассердился на нее. «Если бы ты не…» – сказала она. Если бы он не послал Бена на поиски чертовой акулы. Она ведь это имела в виду. Если бы да кабы… Если бы он все делал сам. И сам отправился бы на поиски акулы. Но он же полицейский! Потому он и обратился к Бену.