Броуди присвистнул сквозь зубы.
– И этот сукин сын ноет, что у него никто ничего не покупает. Все равно никак не возьму в толк, почему от него требуют, чтобы мы открыли пляжи.
– Точно не знаю. Более того, сомневаюсь, что на Ларри все еще кто-то давит. Может, он говорит так в приступе отчаяния. Думаю, что Ларри оказался в весьма трудном положении. Он больше не в состоянии ничего купить, даже сейчас, когда цены ниже некуда. Единственное, что спасло бы его от разорения, – это если ситуация на рынке кардинально изменится и цены резко подскочат вверх. Вот тогда он сможет выгодно продать все то, что приобрел. Ну, или прибыль получит Руссо – я ведь не знаю, на каких условиях они сотрудничают. Если же цены продолжат падать, или, иначе говоря, если толпа курортников так и не приедет в наш городок, то Вону рано или поздно придется платить по долговым обязательствам. А деньги-то ему взять негде. Сейчас, думаю, ему нужно погасить векселей на сумму больше полумиллиона. В общем, недвижимость либо перейдет к прежним владельцам, либо ее заберет Руссо, если, конечно, раздобудет наличные. Правда, слабо себе представляю, чтобы Руссо пошел на такой риск. Цены могут по-прежнему падать, и тогда ему тоже крышка. Мне кажется, Руссо все еще надеется что-то выжать из всего этого, но прибыль он получит только в том случае, если Вон добьется открытия пляжей. Тогда, если ничего страшного не произойдет и акула никого не съест, то цены на недвижимость довольно подскочат, и Вон сможет немного погреть руки. А Руссо получит свою долю – половину или на сколько там они договорились, – и «Каската» просто исчезнет. У Вона хватит денег, чтобы продержаться на плаву и не разориться. Если же акула еще раз на кого-нибудь нападет, то под удар попадет только Вон. Насколько я знаю, Руссо не вложил в это дело и пяти центов. Все это…
– Какой же ты мерзкий лжец, Медоуз! – раздался в трубке пронзительный крик Вона. – Попробуй только напечатай хоть слово, и я тебя просто засужу! – Послышался щелчок. Вон бросил трубку.
– Вот тебе и порядочность властей, – заметил Медоуз.
– Что будешь делать, Гарри? Сможешь что-нибудь напечатать?
– Нет, во всяком случае, не сейчас. У меня нет документов. Ты ведь не хуже меня знаешь, что мафия все глубже запускает лапу в дела Лонг-Айленда – в строительство, рестораны, во все. Но вывести их на чистую воду почти невозможно. Думаю, в случае с Воном мы вряд ли откопаем какие-нибудь нарушения – в строгом смысле этого слова. Мне надо покопаться во всем этом еще несколько дней, и тогда, возможно, удастся собрать факты, указывающие на его связи с мафией. Ну, то есть факты, которые нельзя опровергнуть, если Вон и впрямь решит обратиться в суд.
– Мне кажется, улик у тебя хватает, – заметил Броуди.
– Я много знаю, но у меня нет доказательств. Нет документов или хотя бы копий. Я только видел эти документы, и все.
– Думаешь, кто-нибудь из членов муниципалитета тоже замешан? Вообще-то на заседании Ларри всех настроил против меня.
– Нет. Ты имеешь в виду Кэтсоулиса и Коновера? Да нет, это просто старые друзья Ларри, и каждый обязан ему какой-нибудь мелочью. Что касается Тэтчера, то он слишком стар и труслив, чтобы даже пикнуть против мэра. А вот Лопес абсолютно чист. Он действительно озабочен тем, чтобы его избиратели получили работу.
– А Хупер знает что-нибудь? Очень уж он озабочен тем, что пляжи закрыты.
– Нет, и в этом я почти уверен. Я ведь и сам окунулся в это дело всего несколько минут назад, и, поверь, здесь еще много непонятных мест.
– Что же мне прикажешь теперь делать? Могу уволиться прямо сейчас. Я им сказал об этом еще до того, как ты сюда позвонил.
– Боже упаси, ни в коем случае! Без тебя нам никак не обойтись. Как только ты уйдешь, Руссо тут же сговорится с Воном, и они сделают шефом полиции своего человека. Ты, может, думаешь, что твои копы все честные и неподкупные, но готов поспорить, что Руссо сумеет найти такого, который ради пригоршни долларов будет готов поступиться служебным долгом – или просто ради поста начальника полиции.
– Да, но мне-то как поступить?
– На твоем месте я бы все-таки открыл пляжи.
– Боже мой, Гарри, но ведь именно этого они и добиваются! С таким же успехом я могу просто попросить у них взятку.