Броуди должен будет стоять возле бочки и следить за тем, чтобы не запуталась веревка.
Все шло хорошо до самого последнего момента. Медленно и почти неслышно лодка сблизилась с рыбиной, лежавшей неподвижно на поверхности воды. Шхуна прекрасно слушалась руля, и Хуперу удавалось точно выполнять указания Квинта. Но в какой-то момент хищница почувствовала присутствие охотников, и в тот самый миг, когда Квинт приготовился бросать гарпун, ударила хвостом, метнулась вперед и вглубь.
– Черт! – крикнул Квинт и бросил гарпун, но промахнулся футов на шесть.
И вот теперь они снова легли в дрейф у края пятна.
– Вы спрашивали вчера, много ли у нас таких дней. – Квинт повернулся к полицейскому. – Два подряд случаются нечасто. Пора бы, по крайней мере, голубым акулам появиться.
– Может, дело в погоде?
– Может быть. Люди-то точно чувствуют себя препаршиво. Возможно, и рыбы тоже.
Перекусили сандвичами и пивом, а когда закончили, Квинт проверил, заряжена ли винтовка. Потом он спустился в каюту и вернулся, держа в руке штуку, видеть которую полицейскому еще не доводилось.
– Пивная банка осталась? – спросил Квинт.
– Конечно. А зачем вам?
– Сейчас покажу. – Приспособление напоминало то ли картофелемялку, то ли ручную гранату – металлический цилиндр с рукояткой. Квинт затолкал в цилиндр банку из-под пива, повернул его до щелчка и достал из кармана рубашки холостой патрон калибра 22. Потом он вставил патрон в маленькое отверстие у основания цилиндра и повернул рукоятку. Раздался еще один щелчок.
– Видите этот рычажок? – Рыбак протянул странное устройство полицейскому и ткнул пальцем в конец рукоятки. – Направьте эту штуковину в небо и, когда я скажу, толкните рычажок.
Квинт взял М-1, сдвинул предохранитель и приставил приклад к плечу.
– Давай.
Броуди толкнул рычажок, услышал короткий, резкий выстрел и ощутил слабую отдачу. Пивная банка вырвалась из цилиндра и устремилась вверх, сверкая в солнечных лучах. В верхней точке своей траектории она зависла на мгновение, и тогда Квинт, взяв чуточку ниже, выстрелил. Раздался громкий хлопок, и банка, кувыркаясь, полетела в воду. Утонула она не сразу и какое-то время еще покачивалась на поверхности.
– Желаете попробовать? – спросил Квинт.
– Не откажусь.
– Старайтесь стрелять, когда банка в высшей точке, и берите чуть ниже. В остальных случаях рассчитывайте на упреждение, а это гораздо труднее. Если промахнетесь, ловите заново и стреляйте второй раз.
Броуди обменял «толкушку» на винтовку, занял позицию у планшира и, как только Квинт перезарядил «стрелялку», крикнул:
– Давай!
Банка полетела вверх, и Броуди выстрелил – мимо. Он выстрелил еще раз, выбрав верхнюю точку дуги. Снова мимо. Банка шлепнулась в воду.
– Черт, не вышло.
– Получается не сразу, надо привыкнуть, – заметил Квинт. – Повторим. Посмотрим, сможете ли попасть теперь.
Погрузившись наполовину в воду, упавшая банка неторопливо дрейфовала ярдах в пятнадцати-двадцати от лодки. Броуди прицелился, намеренно взяв чуточку ниже, и потянул за спусковой крючок. Негромкий металлический хлопок – пуля прошила жестянку, – и банка исчезла из виду.
– Хупер? – окликнул ихтиолога Квинт. – Одна осталась, а если что, мы всегда можем выпить еще.
– Нет, спасибо.
– Есть проблема?
– Никаких проблем. Просто не хочу стрелять, вот и все.
Квинт улыбнулся.
– Беспокоят банки в океане? Мы сбрасываем туда чертову уйму жестянок, и они, наверно, ржавеют там и захламляют дно.
– Дело не в этом, – сказал Хупер, стараясь не попасться на крючок рыбака. – Мне просто не хочется.
– Боитесь оружия?
– Боюсь? Нет.
– Стреляли когда-нибудь?
Броуди с интересом и удовлетворением наблюдал за тем, как вертится ихтиолог под нажимом Квинта, но зачем рыбаку это нужно? Может быть, Квинт всегда становится язвительным и раздражительным, когда ему скучно и рыба не идет.