— Как скажешь, Серёжа, — с энтузиазмом закивал головой Эл.
— Только, это… ты поаккуратнее там, — всё же выразил своё беспокойство Сыроежкин, уже без упрёков и обвинений. — К тебе же приставать могут. Очень уж эта «Элла» привлекательная вышла.
— «Элла» пользуется вниманием, это верно, — не без гордости заметил робот. — Только, несмотря на успех у мужчин, пока что даже попытки вести себя с ней грубо никто не делал. В то время как Элеку Громову несколько раз приходилось спасаться бегством от разных извращенцев.
— Что?! Эл! Ты мне не рассказывал этого! — переполошился Сергей. Даже с постели вскочил.
— Успокойся, Серёжа, не надо нервничать, — притянул к себе обратно любовника Элек. — Меня не так просто изнасиловать и крайне сложно повредить, тем более — убить. Я ведь всё-таки сильнее обычного человека. И скорость реакции у меня выше. Так что, ситуация, когда я не смогу оказать сопротивления человеку, не причинив ему вреда, маловероятна.
— Но она возможна! — И не думал успокаиваться Сыроежкин, крепче прижав к себе Электроника. — С этого дня Элек Громов самостоятельно ходит только в ближайший магазин и на детскую площадку, — припечатал Сергей, а сам подумал, что надо бы поговорить с дочкой. «Мать её, конечно, учит осторожности, но перебдеть не помешает. И Саше тоже надо бы сказать пару слов, да только он опять слушать не станет…» — от этих мыслей Серёжа совсем скис.
— Серёж, — прервал его невесёлые думы Электроник. — А зачем мне на детскую площадку?
— Гулять. С мамашками общаться. Тебе ж общения не хватает, — буркнул Сергей. Элек на это только глухо застонал, уткнувшись ему в шею. — Ну или с папашками, раз тебе мужики интереснее. Они там тоже иногда бывают, особенно в субботу утром — повинность после пятничного вечера отрабатывают.
— Серёж, — вдруг поднял голову андроид, и Сыроежкину показалось, что он даже покраснел. — Не покупай мне, пожалуйста, вибратор.
— Что? Почему это? — немного повеселел Серёжа от такого поворота. Про свои угрозы, которые он в порыве страсти обещал Электронику воплотить в жизнь, он уже и забыл. — Может, тебе понравится. Будешь баловаться, пока меня нет.
— Нет, не понравится, — отрицательно замотал головой Элек. — Не хочу, чтобы внутри меня были какие-то искусственные штуки, да ещё механические. Я и сам весь… искусственный. Хочу в себе чувствовать только живой тёплый член, из плоти и крови, — и Эл сполз ниже — целовать и тереться лицом о то самое место, к которому так трепетно относился.
Серёжа только вздохнул на это — зря всё-таки Электроник так категорично отказывается от достижений современной секс-индустрии — возможностей одного среднестатистического мужчины, которому не за горами сороковник, на аппетиты андроида может и не хватить. И решил всё же купить вибратор… себе.
***
На следующий день на лавочке на большой детской площадке неподалеку от дома сидел Электроник и увлечённо болтал с мужичком лет сорока на вид, который выгуливал двух малолетних отпрысков. Говорил мужик в основном о трудностях воспитания своих чад, а Эл слушал и думал, что у него тоже не так давно была удивительная возможность воспитывать двух очаровательных малышей. Смотреть как они растут, взрослеют… Электроник, хоть и никогда не говорил об этом Серёже, страшно скучал по его детям. Особенно по Саше, с которым они были по-настоящему близки. Сам Сергей, несмотря на свои непрекращающиеся попытки наладить отношения с детьми, с сыном в частности, в разговорах с Элом старался лишний раз эту тему не поднимать — слишком больно. А Элек тем более не заикался — жаловаться на то, что скучает по мальчику, он считал неэтичным — ведь совершенно ясно, что родной отец страдает от разлуки с сыном куда больше, чем «бывшая нянька».
Электроник много раз хотел сам навестить мальчика, поговорить с ним, извиниться, но не решался. Саша может быть всё ещё обижен на него, уйдёт и слова сказать не даст. «Ну, ничего, — принял для себя наконец решение Эл, — скоро сентябрь, начнутся занятия в школе. Попробую подойти на улице. Хотя бы просто посмотрю на него».
========== 12. И только небо знает правду ==========
Хмурое утро понедельника второй половины сентября обещало пролиться днём в виде осадков. В лучшем случае — моросью, а в худшем — ливнем, как сулил прогноз погоды. Но Элечку, а сегодня готовилась выйти из дома именно она, это нисколько не пугало. От дождя есть зонтик и плащ, а что есть от последствий собственных неблаговидных поступков?
Эла не мучила совесть, когда в течение тринадцати лет они с Серёжей за спиной у Майки трахались как кролики. Умом он понимал, что поступает нехорошо, но отказаться от любовника не имел ни сил, ни желания. Серёжа, наоборот, страдал из-за своей слабости, и в самом начале даже делал попытку прекратить их связь. Но итог для обоих оказался неутешительным — оба лишились семьи. Потому что, если уж говорить откровенно, Электроник был привязан к Серёжиной семье не меньше самого Сыроежкина. Майя столько лет хранила тайну андроида, терпя при этом неудобства, всегда по-доброму относилась к Элу. Естественно он любил её, не мог не любить. А их с Серёжей детей Элек и вовсе нянчил с рождения, видел как они растут и развиваются, учатся, становятся самостоятельными интересными личностям. Шура и Саша без преувеличения стали для робота родными.
Электроник был привязан к Шурочке, но то, что он чувствовал и продолжает чувствовать к Саше, андроид даже не мог для себя точно сформулировать. Любовь? Привязанность? Ответственность? Всё это вместе и что-то ещё. Наверное, это не то, что испытывает отец к своему ребёнку, но какая-то особая связь между ним и Сашей была. Слишком много времени они с мальчиком провели вместе, слишком тесно общались. Саша обожал Эла, старался подражать, в рот ему смотрел… А Электроник… Ему никогда прежде не приходилось быть настолько значимым для человека. Его не просто любили, или опекали, или терпели, как это было с другими людьми. В нём нуждались. И это чувство собственной необходимости, даже незаменимости, настолько грело его сердце (если, конечно, вообще, уместно говорить об этом органе применительно к человеку с механическим телом), настолько пропитало всё его существо, что прервав разом эту связь, он никак не мог смириться с потерей.
Вот уже скоро полтора года как они с Серёжей живут отдельно. Майя довольно быстро простила бывшего мужа, Сергей говорил Элеку, что у неё кто-то там появился. Шурочка тоже вроде бы оттаяла и нормально общалась с папой. Только вот инициативы в этом общении никогда не проявляла и демонстрировала удивительное спокойствие, если по каким-либо причинам запланированный Серёжин визит к детям срывался. «Кажется, она рада моим подаркам гораздо больше, чем мне», — не раз с грустью замечал Сергей, когда возвращался от дочери.
Саша за всё время так ни разу с отцом и не поговорил. Даже на глаза ему упорно не показывался. С Электроником по телефону общаться тоже не желал. Мобильник не брал, а когда Элек звонил Майе, было слышно, как на просьбу матери подойти к телефону Саша кричал, что ни с кем из этих извращенцев разговаривать не собирается.
Электроник откровенно боялся, что увидев его возле школы, мальчик просто развернётся и уйдёт. Надеялся только на помощь своей очередной «новой личности» — у девушки было больше шансов, её Саша мог сразу и не признать. А там, чем чёрт не шутит, может, и поговорить удастся.
Чтобы не привлекать излишнего внимания, Элек не стал сильно краситься. Простое платье (а их за последний месяц, благодаря Серёжиным стараниям, в гардеробе андроида прибавилось ещё парочка, как и прочих «женских штучек»), туфли на низком каблуке, плащ, пара клипс и заколка в волосах. И зонтик от дождя. Девочка Элечка пятнадцати лет, ученица соседней с Сашиной школы и местная жительница — новый персонаж, который выбрал Электроник для осуществления своего плана, не должна была быть взрослой. Обычный подросток, каких тут толпы ходят.