— Наехать на кого надо? — понимающе спросил Стас.
— У тебя пистолет есть? — ответила я.
— Ой б ля, — сказал Стас, — погоди, щас приеду.
— Мне очень приятно работать с вами, Рола-сан, — сказал неделю спустя Хирумицу, выставив нам с водителем-переводчиком Валерой отходняк на втором этаже «Бинго-Бонго». — Для вас не существует невозможного. Обычно я расписываю техническое задание на 200 %, с расчетом, что продюсер обеспечит хотя бы 50, и лишь вы, Рола-сан, выполняете все 200.
И я даже не покраснела.
В пять съемочных дней я втиснула все восемь. «Хирумицу-сан, вы же понимаете, что эти серьезные люди не покажут лиц? — Конечно, Рола-сан, мы снимем их со спины». «Хирумицу-сан, вы же понимаете, что серьезные люди не согласятся называть свои имена? — Разумеется, Рола-сан».
Японцы не знали роздыху от криминальных элементов, с готовностью соглашавшихся на интервью: в нашем фильме был задействован весь оперативный состав отдела УБНОН. Милиционеры, исполнявшие роли торговцев оружием, суммарно обошлись мне в пятьсот долларов.
Стас был восхитителен в роли лоховатого стармеха, которого злые бандиты заставили возить в Японию небольшие промышленные партии «Макаров» бакинского производства: зато, что он врезался на своей «королле» в бандитский «прадо» выпуска XXII века. Весь этот дебильный сценарий был написан мною, за что, наверное, мне еще предстоит ответить на вопросы рогато-хвостатых репортеров, организующих брифинги в антураже котлов и раскаленной серы. А Стас мялся, заикался и говорил, что понимает всю гнусность своих курьерских рейсов, но в милицию не пойдет, потому что она продажная. Его рука, которой он оперся на оградку Михаила Ефимовича Свиридова, 1898–1963, дрожала, будто он держал ее на Библии, клянясь, что убил собственную мать только потому, что был сильно голоден (да, господа присяжные заседатели, это правда: идея провести съемку эпизода «Стармех» на заброшенном кладбище Моргородка тоже принадлежала мне).
Обладая некоторым свойством метафоризировать происходящее, я отвлеклась на наших молчаливых свидетелей и поразилась, насколько внимательно они на нас смотрят. Памятники заросли многолетним кладбищенским бурьяном, закрывающим портреты в овальных рамках. Казалось, мертвецы по пояс вылезли из-под земли и подглядывают сквозь траву за нами, чтобы не пропустить главное. Я сделала «брррррррр» и подошла поближе к Михаилу Ефимовичу Свиридову, на глазах которого как раз в этот момент старший механик торгового флота, капитан милиции Стас Турков кивнул японцу, подтверждая, что и сейчас, на кладбище, один экземпляр пистолета Макарова греет его криминальную душу.
Японцы у нас ничему не удивлялись. Их удивило бы скорее какое-нибудь случайное попадание нашего человека в норму. Например, большинство японцев были искренне убеждены, что русские все поголовно знакомы друг с другом, и именно эта уникальная национальная особенность помогает нам сообща работать на мафию. Данная легенда о россиянах как раз и объясняла, почему Хирумицу на карем своем раскосом глазу всучил мне совершенно нереальное техзадание — устроить ему съемки бандитских откровений.
Зря я боялась, что японцы расколют моего «стармеха», как фундук, когда этот видавший виды опер сунул руку за пазуху и неуловимым, годами отработанным движением большого пальца правой руки освободил свой штатный «Макаров» от обоймы — и только потом, только потом! — вынул пистолет на обозрение Хирумицу, оператора Токадо и несчастного Михаила Ефимовича Свиридова, который к тому моменту уже так много знал, что был явно не жилец. Хитроумный Хирумицу ринулся было разглядывать идентификационный номер Стасова ствола, но ушлый ментовский палец предусмотрительно прикрыл циферки. Я облегченно вздохнула и переглянулась с Михал Ефимычем.
Весьма характерен и убедителен был в своей роли и оперуполномоченный Серега Трифонов, сыгравший организатора канала переброски в Японию азербайджанских пистолетов. Как и положено такому солидному бандюку, Серега пришел на встречу с японскими журналистами в дирижерском фраке, взятом напрокат у музыкального двоюродного брата… Тут, справедливости ради, я вступлюсь за собственную честь. Вовсе не все от начала до конца этого документального фильма было чистой воды мистификацией. Были настоящие интервью с колоритным владельцем оружейных магазинов, охранниками разных мастей и законными обладателями карабинов «Сайга». Были съемки города В., вид с Голубиной сопки, милицейских стрельбищ и памятника адмиралу Макарову. Хорошая, в общем, была работа.