Они молча смотрели друг на друга. Он тяжело дышал… В этом молчании оба старались понять произошедшее.
В его погасших глазах застыл вопрос: «Зачем мне это? За что мне эти страдания? Сколько это может продолжаться?».
Ей хотелось погладить его руку, успокоить, поддержать, но она просто обнимала его взглядом, словно теплый весенний ветер, который так ласково щекотал кожу.
* * *
Сон Андрея после комы:
Мне снится чистое небо над головой, белоснежные облака, которые мгновенно таят, словно сахарная вата во рту. Яркие лучи солнца касаются лица. Ощущение нежности, прикосновения бархатистого крыла бабочки по коже…
Наверное, это мой рай. Рай, в котором мне тихо и спокойно. Комфортно. Здесь особая тишина. Таинственная. Именно эта таинственность и привлекает меня в теперешних снах. Раньше они были другими – беспокойными и тревожными. Да и это едва ли можно было бы назвать сном. Когда были тренировки, ныло все тело, и от усталости я засыпал почти мгновенно.
* * *
Он попробовал вновь самостоятельно подняться, но сильная боль вновь прошлась по позвоночнику. Он откинулся на подушку и закрыл глаза.
– Марина… – тихо позвал Андрей.
Девушка подошла к нему, присела на край кровати. Взяла его за руку.
– Всё будет хорошо, Андрей. Я с тобой. Я рядом.
Он отрицательно покачал головой.
– Я не верю в себя.
Марина вздохнула.
– Андрей… Послушай меня. Я очень хочу, чтобы ты встал на ноги. И это возможно. Только это требует очень много времени, терпения, сил. Необходимо твое желание и сила воли. Знаю, что, если каждый день выполнять ряд определенных физических упражнений, то это может способствовать тому, что мышцы могут отойти от замороженного и окаменевшего состояния, прийти в движение. Давай попробуем вместе. Верю, что получится!
– А если нет?
– Никогда не теряй надежду. Слышишь? Никогда! Как спортсмен, ты должен знать, что такое борьба, рвение к победе и последний рывок. Я в тебя верю! Пойми, Андрей, ты должен бороться. Мы это будем делать вместе!
Андрей удивился.
– Мы?
11
Терпение есть искусство питать надежду.
Л. Вовенарг
Он долго смотрел ей вслед. Никто раньше не говорил ему таких слов. Совсем незнакомый человек поверил в него, вызвался помочь.
На сердце было лёгкое волнение и трепет. Андрей понимал: что-то с ним произошло. Непонятное тепло и нежность. И от этого чувства было спокойно. Он верил ей. И именно эта вера давала силы. Андрей попробовал приподняться. Боль сильно ударила по позвоночнику, но, несмотря на это, он всё же смог сделать то, что хотел.
* * *
Утром Марина зашла к Андрею. Он не спал.
– Андрей…
Тихо позвала она.
Андрей повернул голову.
– Здравствуй, Марина!
Девушка достала из кармана халата большое красное яблоко и протянула его Андрею.
– Это тебе.
– Спасибо.
Андрей взял яблоко, повертел в руках и положил на тумбочку. Он смущённо улыбнулся.
– Марина… Я думал над твоими словами. Вообще, ты очень многое для меня делаешь. Когда ты рядом, мне становится лучше. Ты даёшь мне новое дыхание, силу. И мне хочется жить… Даже дышу по-другому.
Марина отвела глаза.
– Марина…
Продолжил он.
– Ты вчера говорила про физические упражнения, массаж мышц. Меня это заинтересовало. Хочу попробовать.
Андрей сделал небольшое усилие над собой и попытался приподняться.
– Всё в порядке!
Марина удивлённо смотрела на него. Это, и вправду, было как чудо.
– Андрей… Но как? Как ты смог? Я рада за тебя, но торопиться особо не стоит.
Андрей взял девушку за руку.
– Спасибо тебе.
– Я пока ничего не сделала для тебя.
– Ты дала мне надежду. А для меня это огромный стимул к победе.
* * *
В спортивном зале слышался звонкий говор молодых боксёров. Тренировка шла вовсю. Пока Антон Михайлович не торопился кого-нибудь готовить к чемпионату. Того уровня, который был у Андрея Лучинского, он не видел ни в одном другом ученике. Но условия диктовали поиск замены «ушедшему» с ринга бойцу.
Что-то подсказывало, что Андрей вернётся. Он сам ещё не мог понять, откуда у него было это предчувствие, но, наблюдая за тем, как шёл процесс реабилитации, осознавал: в этом парне просто сильный стержень из несгибаемой стали. Тренер поражался такой выносливости: как же всё-таки Андрей, попав в сложнейшую жизненную ситуацию, продолжает жить боксом и надеждой на восстановление.
* * *
Это было сложнейшее испытание. Ведь самое сложное поражение – принять то, что ты находишься в безвыходном положении. Но Андрей не хотел этого признавать. И чем больше было отрицания с его стороны, тем больше было поддержки откуда-то свыше. Казалось, Бог слышал его, и именно он внушал ему: «Ты справишься, ты сможешь, всё у тебя будет хорошо!».