* * *
– Когда мы начнём заниматься?
Марина улыбнулась.
– Хоть сейчас.
Девушка подкатила инвалидную коляску, помогла Андрею сесть в неё.
– Я попробую…
Андрей приподнялся. Сильная боль ударила по спине. Он вскрикнул. Но… Он стоял на ногах.
Марина подбежала к нему и неожиданно для самой себя обняла его, но потом резко отстранилась.
– Извини…
Андрей улыбнулся.
– Я смог.
И тут Андрей неуверенно сделал шаг. Второй он уже сделать не смог – стал терять равновесие.
– Андрей… Я прошу, не спеши пока. Ты итак большой молодец.
* * *
Антон Михайлович и сам не верил в то чудо, которое происходило на его глазах. Андрей быстро шёл на поправку. Тренер понимал, что дело здесь не только в огромной силе, которая жила внутри его ученика. Дело было в том, что у Андрея появилась вера. Вера человека, которая и вела его к достижению цели.
* * *
Прошло ещё шесть месяцев. Когда тренер навестил Андрея, тот был настроен решительно.
– Антон Михайлович, я хочу вернуться…
Наставник посмотрел на него с удивлением. В его взгляде было одобрение, но он понимал: этого делать нельзя.
– Андрей… Ты только недавно пришёл в себя. Ты ещё слаб. Тебе нельзя на ринг. Пойми это!
Андрей с силой сжал кулак.
– Пожалуйста! Я хочу вернуться. Я должен побороть самого сильного противника – свою слабость! Мне это, и вправду, очень надо!
Антон Михайлович тяжело вздохнул.
– Ты не сможешь!
Андрей не сдавался.
– Я? Я могу! Я должен победить этот страх, самому себе должен доказать, что могу. Поймите меня! Я сейчас сам себе непобедимый противник. Не хочу проиграть этот бой. Мне нельзя сдаваться и быть бессильным. Я должен стать победителем.
Наставник развёл руками.
– Ничем не могу тебе помочь.
С этими словами он вышел из палаты Андрея.
* * *
Антон Михайлович вдруг услышал за дверью палаты какой-то шум и крик медсестры, ворвался в палату.
Распахнутое окно и легкая штора на ветру. Марина держала Андрея за руку и умоляла остановиться.
– Андрей, не делай этого! Андрей!
Тренер подбежал к девушке и оттащил Андрея от окна. Парень вырывался.
– Оставьте меня в покое! Уйдите!
– Андрей… А ты обо мне подумал?
Марина сказала эти неожиданно сама для себя. На несколько секунд всё замерло. Как в замедленной съёмке Андрей медленно отошел от окна и подошёл к Марине, внимательно всмотрелся ей в глаза.
В этих словах прозвучало отчаяние. Но именно они ударили Андрея по сердцу, заставив за каких-то тридцать секунд перевернуть всё внутри. Необъяснимые чувства переполняли его. Он смотрел на девушку так, словно это был самый близкий и родной человек.
– Марина, ты что?
Девушка опустила глаза.
– Андрей… Посмотри, ты уже много добился, тренируешься… Ты говорил, что появилась искра надежды. Береги её. Не теряй веру в себя. Ты выжил. И не просто так. Я каждый день молила Бога о том, чтобы ты восстановился. И он дал тебе второй шанс, вторую попытку. А ты? Ты разве ответил ему благодарностью? Нет! Сейчас ты предаешь его и всех, кто верит в тебя. А Антон Михайлович, а твои ребята в клубе… Разве они бросили тебя? Нет! Тогда не вини судьбу в том, что так всё произошло. Твой шаг – это предательство. Всё можно исправить. Пока ты жив… Всегда есть шанс.
12
Чаще всего побеждает тот, кого не принимали всерьёз.
Эразм Роттердамский
Полупустой тренажёрный зал. И звуки от ударов по боксёрской груше. Как раскаты грома.
Антон Михайлович вошёл в зал с горящими глазами.
– Ребята, у меня для вас сюрприз.
Он отошёл от входной двери, дав возможность войти Андрею. Парень с волнением вошел в зал и увидел ринг. Сразу застыл. К горлу подкатил ком.
По залу прошёлся возглас удивления: «Андрей Лучинский?». Андрей рассмеялся:
– А вы что, меня уже заживо похоронили?
* * *
Удар, и мгновенный отскок. Ещё удар. И снова отскок. Ещё удар. И снова отскок. И так до бесконечности. Андрей с лёгкостью отрабатывал удары. Прямые удары дальней рукой, короткие прямые удары, боковые удары дальней рукой, кросс, хук, свинг, излюбленный удар многих боксеров профессионального уровня – джеб и удары снизу.
Каждый удар возвращал ему утраченные силы и зажигал внутри новый огонь сил. Он вспоминал разнообразные техники боя, восстанавливал силы и оттачивал заново свой внутренний «стержень». Для него всё началось заново. Словно он, шестилетний мальчишка, вновь вошёл на ринг, чтобы научиться наносить удар своему сопернику.