– Вы хотите сказать, что на ринг он больше никогда не выйдет?
* * *
Только сейчас наставник Андрея Лучинского начал понимать всю серьёзность происходящего.
Все произошло настолько неожиданно и быстро, что Антон Михайлович до конца не мог осознать: как ему сейчас реагировать на последние события. Казалось, ещё совсем недавно он готовил Андрея, своего лучшего бойца, к чемпионату, а теперь что – не видать этого турнира.
Ладно, уж, фиг с ним, с этим чемпионатом, главное, чтобы парень жив остался!
Это было для него намного важнее. Андрей, сын его друга, да и ученик, которых редко встречаешь. Опытный тренер прекрасно это понимал.
Антон Михайлович долго сидел возле реанимационной палаты и вспоминал всю свою спортивную жизнь. Ему казалось, что то, что случилось с Андреем – это сон, а завтра его любимый ученик вновь с улыбкой появится на тренировке.
* * *
Ему не хотелось уходить из отделения реанимации. Молоденькая девушка-медсестра несколько раз подходила к Антону Михайловичу, советовала всё же идти домой. Говорила, что всё равно на первых порах ничего не изменится, а если что случится с Андреем, – она даст знать.
Но мужчина продолжал сидеть в коридоре. Хотя понимал, что напрасно ждёт чуда: ему ясно дали понять, что с Андреем. Это было, как приговор. Только виновного в этой ситуации не было.
Хотя… Нет! Определённо он был.
Тренер пытался разобраться, как все могло произойти. Кто виноват во всей этой истории? В больнице сказали, что Андрей случайно оказался возле места аварии. Да, он не мог быть за рулем, у парня не было водительских прав. Почему он там оказался? Вряд ли просто решил прогуляться по трассе. Это глупо, что он там мог делать? Значит, он был в машине, а за рулём был другой человек. Но кто? Где водитель, почему оставил Андрея в такой ситуации? Это ещё предстояло выяснить.
Тренер сделал несколько звонков своему знакомому из следственного комитета, ситуация прояснилась. Антон Михайлович узнал, что в аварии была виновата девушка, владелица автомобиля, которая, вероятно, не смогла правильно завершить обгон и машину занесло. Она смогла выбраться из машины и добраться до трассы, её заметил один водитель и подобрал.
О том, что в машине остался человек не знал. Тренеру также сообщили, что в это дело вмешались высокопоставленные люди и никто не искал виновника ДТП, а Андрея представили, как случайного пешехода, который оказался в эпицентре аварии.
На месте аварии тело водителя не нашли, стали вести следствие, установили номер машины, начали поиск владельца, опрос очевидцев. Но неожиданный приказ сверху – и дело прекратили.
Антон Михайлович понял, что Андрея предали.
* * *
Тренер неожиданно резко вскочил и направился к двери реанимационной палаты.
– Вам сюда нельзя!
Остановила его медсестра.
– Я должен быть рядом с ним! Пожалуйста, дайте мне возможность просто быть с ним сейчас. У Андрея нет отца, он мне как сын, понимаете? Я дал слово, обещал, что, если с ним что-то случится… Я должен выполнить свой долг.
– Понимаю.
* * *
Зайдя в палату, Антон Михайлович помедлил. Он не сразу смог взглянуть на своего ученика. Все тело и лицо в бинтах. Было трудно сдержать эмоции, к горлу подкатил комок. Неужели это его Андрей? Но нужно было сохранять самообладание.
В палате была медсестра.
– Простите, как Вас зовут? – спросил Антон Михайлович.
– Марина…
– Оставьте нас!
Девушка хотела было возразить, но, увидев глаза тренера, понимающе кивнула и вышла из палаты, прикрыв за собой дверь.
Наставник подошёл к кровати Андрея, осторожно тронул бинты, нащупал его пальцы… Аккуратно взял его руку. Какая же она холодная, безжизненная! Пульсометр отображал состояние Андрея: тот находился сейчас «между жизнью и смертью».
Антон Михайлович слышал, что кома – это просто физическое состояние, на самом деле человек всё чувствует и слышит. Тренер начал рассказывать новости о жизни спортивного клуба и о том, как ждут Андрея ребята.
Опытный тренер и хороший боксер ощущал себя как будто стоял на ринге и на него обрушились неожиданные удары противника. Это были сильные удары, на которые трудно было дать быструю реакцию и ответный удар.