Я уже вся мокрая, как после спортзала, да и он тоже. Не пойму, в кабинете действительно так жарко или мы вспотели из-за этой бесконечной возни.
Когда я совершенно теряю силы и мои мышцы забиваются настолько, что я просто перестаю шевелиться, Даниил начинает целовать меня настырно взасос, блуждая по моему рту своим языком. Это так нагло, так пошло и противно, что я просто хочу умереть, я превращаюсь в куклу и просто перестаю сопротивляться его напору.
Даниил раздевает меня, мучает, разрывает рубашку под кофтой, оголяя мою грудь. Впивается своими губами в мой сосок и треплет его зубами. Он ведëт себя как дикое голодное животное. Переходит к другому соску и всасывает его. Мои брюки опущены, а его рука уже пробирается в мои трусики.
Когда я немного набираюсь сил, он снова становится жестоким, его взгляд меняется и пожирает меня. Он грубо забирается пальцами в меня и начинает буквально трахать меня рукой.
— Не мешай мне. Чем больше будешь сопротивляться, тем дольше это для тебя будет длиться, — тяжело дышит. — Мне нужна разрядка, дай мне еë, и мы в полном расчëте, а если продолжишь сопротивляться, то я просто затрахаю тебя, сучка. Меня это так возбуждает, обожаю сопротивление...
И я верю ему. Вижу, как он возбуждается от моих попыток помешать ему.
— Хорошо, — говорю задыхаясь, — я сделаю рукой.
— Умница, расслабься, и скоро я уйду и больше не буду тебя трогать, ты будешь свободна, — шепчет он мне на ухо,а сам входит в меня пальцами. Его лицо сосредоточено, он возбуждается запредельно, дышит прерывисто. И быстрыми движениями трахает меня, что звуки разносятся по аудитории.
— Какая ты мокренькая... — он смотрит мне туда, а иногда поднимает взгляд на мою грудь, которая двигается в такт его хлопкам.
Слëзы текут по моим щекам от того что он делает со мной так пошло и дерзко.
Он переводит большой палец на мой клитор и нажимает на него.
Он языком начинает играть с моим соском, а затем всасывает в себя.
Его всего трясëт от возбуждения, член его стоит, и я вижу, какой у него большой через брюки. Он целует мою грудь и стонет.
Я в гневе, ненавижу его, хочу, чтоб он умер, испарился, пропал, в то время как он наращивает давление на клитор и движения пальцами.
— Ты кончишь? — спрашивает Даниил.
Я вся теку, какая же я мокрая.
Вздрагиваю, когда начинаю ловить приятные волны наслаждения, которые начинают накатывать на низ моего живота. Но спазмы становятся только ярче, чем сильнее я хочу их скрыть. Я, как сучка во время течки, начинаю выгибаться и тереться о его пальцы. Кончаю и ненавижу себя. Кусаю нижнюю губу, чтобы не стонать.
Мне хорошо и мерзко одновременно. На его лице появляется улыбка, и он втягивает в свой рот мою нижнюю пухлую губу, которую я только что сама кусала во время оргазма.
Даниил растëгивает ширинку и достаëт свой орган перед моим лицом.
— Давай, Катя, теперь моя очередь кончить.
Я беру его член в руки.
— Так будет сухо, — предупреждает он.
Я смотрю на него и облизываю руку. Слëзы продолжают течь из глаз.
Начинаю дрочить ему. Он кладëт свою руку на мою и задаëт нужный темп.
Его глаза блуждают по моему телу, останавливаясь то на груди, то на губах.
— Быстрее, — командует он.
Я делаю всë, что он просит, хочу, чтоб это быстрее закончилось, хочу уйти.
Облизываю руку ещё раз, когда это требуется, и примерно через пять минут он произносит хрипло:
— Целуй меня, я буду кончать.
Я делаю это. Со слезами на глазах, но делаю.
Струи спермы выстреливает, а Данил запрокидывает голову назад, морщит лицо и стонет в голос.
— Какая ты хорошая... — шепчет расслабленно.
Он проводит рукой между моей грудью к животу и следом вытирает мой пот со своей руки о мою кофту. — Жаль, здесь нет душа, он бы нам сейчас не помешал. Ты свободна...
Даниил:
Глава 33
Мы приехали к Лере домой. Я принимаю у неë душ, и она одалживает мне свою рубашку. Моя блузка окончательно испорчена. А сегодня ещё вождение в автошколе.
Конечно, Лера не верит мне, что у нас с Даниилом не было секса. То, что случилось, может даже хуже, чем секс. Я кончила от рук этого мерзавца и насильника. И после этого он уж явно просто так мимо не пройдëт. Не могу придумать, как действовать дальше. Рассказать об этом Тиграну — не вариант, пойти в полицию — и кто мне поверит? Остаëтся последний доступный вариант — это молчать и бояться.