— Идëм ко мне в комнату, — говорит Даниил.
Я киваю. Боже, как же мне страшно.
В его огромной комнате он кладëт меня на кровать.
— Раздевайся! — приказывает он.
—Я немного стесняюсь, можешь отвернуться? — спрашиваю нежно. Сама же стараюсь придумать план побега.
— Не вздумай шутить со мной! — он достаëт пистолет из кармана и приставляет к моему сердцу. Я моментально начинаю тяжело дышать. А он своим поцелуем полностью лишает меня дыхания. Ствол его пушки упирается в мою грудь.
Он отрывается и говорит:
— Красивая кофточка, — говорит он. — Снимай еë... Хочу, чтоб ты на мне попрыгала!
Срабатывает инстинкт самосохранения и я начинаю снимать одежду, а он усаживается рядом и рассматривает меня.
— Хорошо... Вот так... А теперь освободи его, — он показывает мне взглядом на свой стояк под брюками.
Я расстёгиваю ширинку, и его огромный орган оказывается в моих руках. Красная массивная головка блестит от возбуждения. Его глаза прищурены, в руке пистолет, а я полностью обнажена.
— У тебя есть презерватив? — спрашиваю я.
— Не сегодня. Хочу получить максимум кайфа... Садись на меня. Делай это молча и медленно. Говори только когда я скажу.
Он левой рукой помогает направить свой член и с первой попытки чëтко попадает в цель. Проникновение болезненное.
Даниил закрывает глаза и стонет...
— Какая узкая... Так и не скажешь, что опытная...
Когда он оказывается глубоко во мне, он убирает пистолет в сторону и двумя руками хватает меня за бëдра, будто бы нанизывает меня ещë глубже. Внизу живота ощущаю дискомфорт. Мне больно. Из моих уст вырывается стон протеста, на что он только глубже и глубже начинает вбиваться в меня. Как чëртов садист, который нащупал моë слабое место.
Он запускает свой сильный язык в мой рот. А его палец настойчиво проникает в мою попку. Он заполняет собой все мои отверстия.
Даниил видит, как слеза покатилась по моей щеке, и слизывает еë.
Его толчки постепенно становятся менее болезненными, я, кажется, привыкаю. Но продолжаю стонать, а он только наращивает темп и продолжает поднимать свои бëдра.
Слышу пошлые звуки нашего секса.
— Мокрая дренаж девка, прыгай на мне... Вот так... Выгибайся...
Он находит мой клитор и надавливает на него, не останавливаясь.
Даниил улыбается, когда замечает, что я сама начинаю двигаться на нём.
Чувствую, что вот-вот кончу, но он бросает меня на кровать и нависает надо мной, упираясь на вытянутые руки.
Каждый его толчок вызывает у меня приятное сжатие внутри, но уже не от боли.
Этот паршивый маньяк по какой-то для меня неведомой причине пробуждает во мне порочную сущность, которая вырывается наружу. Теперь я сама поднимаю к нему свои бëдра и трусь об него клитором. И всë, больше не могу сдерживаться, улетаю в оргазме... Вздрагиваю от приятных спазмов, поворачиваю голову налево и вижу его пистолет. Это возвращает меня в реальность.
Даниил нежно целует меня в мокрый от пота лоб и говорит:
— Умница, а теперь моя очередь... — шепчет этот садист. Но что-то в нëм есть такое, что заставляет моë тело предательски отвечать на его пошлые ласки.
— Побудь ещё немного милой... — настаивает Подводная Лодка.
Как же быстро он это делает, как будто бы каждый день тренируется. У меня всë горит от его движений.
Он достаёт член и начинает дрочить, крепко сжимая головку. Его вены пульсируют, и он кончает со стоном на мою грудь. Садится рядом, целует меня более нежно, размазывая сперму по груди.
— Сходи в душ, и продолжим, — говорит он.
Что? Продолжим? Не может быть! Я сотрусь к чертям.
— Дверь не закрывай, — предупреждает он.
Я молча встаю и иду в ванную комнату. Рыдаю, дрожу. Даже не знаю, сколько времени провожу под душем.
Даниил заходит. Теперь он без одежды. Даже и представить сложно что под его строгим костюмом могла скрываться такая идеальная фигура, кубики на животе. На лице нет очков.
— Плакала? — спрашивает он. Рассматривает меня.
Я отворачиваюсь от него. А он подходит сзади и присоединяется. Поднимает мою ногу. И входит в меня сзади. Так, по крайней мере, он не видит моих слëз и не получает удовольствие от моих страданий в полной мере.
Он долго и грубо трахает меня. Разворачивает к себе и целует бесконечно. Переключается на грудь. Наконец-то дышится легче. Но, чëрт, как больно кусает. От моих криков он только стонет громче.
— Я больше не могу, умоляю, я устала.... — шепчу я.
— Садись на колени, — приказывает он.