Но когда он вместе командой вышел на поле «попинать» мяч, а наполняющиеся трибуны радостно зашумели, его «отпустило». «Игра найдёт нужное русло. Мы только подправим», — уже на другой волне подбодрил он себя.
«Зенит» тоже вылез. И начал вальяжно разминаться.
— У них вид такой, будто они ни разу не проигрывали, и ещё все им должны за честь с ними поиграть, — отметил Васильев, брезгливо сплюнув на газон.
— Да, видок у них заносчивый. Да и чёрт бы с ними.
Однако зритель начал подсвистывать, как бы комментируя движения питерцев. Поэтому те, недолго позадорив публику, скрылись обратно в раздевалку. Ну а вскоре началась и сама встреча. Отыграл гимн Чемпионата, ребятишки-помощники забрали атрибутику, команды пожали друг другу руки. Питерские немного присмирели, придавленные болельщицкой громадой и каких-то подначек до свистка не было. А потом началась… рубка.
Все мирные планы Боброва рухнули разом вместе, когда он грохнулся на траву, срубленный совсем не деликатным образом. «Угу, понятно. Плакали наши ноги и ваши ноль в графе пропущенные мячи. Теперь я и сам не буду сдерживаться». Однако он и его ребята ещё поприсматривались, и с ходу ворота соперника брать не стали. А те сломя голову неслись на игроков, будто позабыв, что это не регби. Судья был слишком «гостеприимен», отчего наказания или были слишком мягкими, или не следовали вообще. Юркие и ловкие «московиты», правда, ускользали от рубящих и колющих приёмов гостей, однако намерения тех были очевидны. Но всё сходило им с рук. До тех пор, пока трибуны не взревели от несправедливости, а Бобров не крикнул: «Ладно, хватит, побаловались! Вперёд, желудки!» Первый тайм перевалил по времени через экватор, и «Московия» начала расправу. Своей игрой она разом выплеснула накопившийся гнев и возмущение. И пусть была провокация, на которую они с таким самозабвением клюнули, наказание их было суровым. Московиты носились, не чувствуя земли и усталости, вдохновенно плели свои уже знаменитые кружева, забивая голы один краше другого. Зенитовцы не успевали даже грубить. Перерыв не смог охладить пыл хозяев, и после перерыва они новым шквалом накатились на уже беспомощный «Зенит». У тех же закончились и силы, и желание что бы то ни было «творить» на поле. Юра же с командой не успокаивались. В результате они ещё и «потоптались» на костях, публика требовала крови, и она её получила. 11:0, отмщение удалось, «Зенит» была раздавлен и распластан на зелёном поле «Московита».
«Московиты», несмотря, на многочисленные синяки и ссадины, были веселы и довольны. Обсуждали «мерзавцев» и свои бесчисленные голы. Забивала почти вся команда, Бобров и ещё трое забили по два мяча. Сам же капитан был не слишком весел.
— Ну чего, Юр, провалилась твоя идея? — Ларионов лично поблагодарил каждого игрока и, в заключение, подошёл к капитану.
— Гады они! — Юра в сердца кинул снятую бутсу о пол. — И совесть моя чего-то не чиста совсем, хоть и вроде мы старались не идти у них на поводу. Сдаётся мне, выйдет это боком.
— Что, думаешь, могут подставить с идеей «договорняка»?
— Хм, в эту сторону я не думал. А что… могут и двух зайцев попытаться убить сразу. Слушайте, Олег Иванович, о такой, простите, мерзопакостности я и не подумал. И свои задачи Питер хочет решить, и нам свинью подложить. Нужно Тимура с Ганжой напрягать, а то слёзки нам отольются о-го-го!
— М-да, как-то невесело у тебя получается. Ну да ничего, наше дело играть. И мы хорошо же сыграли, согласись? Если не брать в расчёт эти издевательства в конце. Так что сегодня отдохни, отпусти все мысли. Ты заслужил.
«Заслуженный» спортсмен прямо из раздевалки рванул наверх, к шефу. И прямо с порога начал «буянить» и «свистать всех наверх» в первую очередь Ганжу. Ошеломлённый напором, Тимур задумчиво молчал.
— Ну, чего ты молчишь? Надо же что-то делать! — Юра ходил по кабинету, накручивая круги.
— Сядь, а то головокружение мне находишь, — Тимур был спокоен. — Ну, будем считать, что мы схавали наживку. Пускай. Что дальше… Сергей сейчас будет тут, прекращай паниковать. Сядь уже.
Юра сел. Но продолжал пребывать в крайнем возбуждении.
— Мы, думаю, сможем обезопасить себя от «баранки» за выдуманный «договорняк». Серёга сумеет.
— Как?!
— Ну чего тебе лезть в эти детали? Сможет, и всё. А вот то, что они из этого у себя выстроят в политическом плане, можно только догадываться. Но повод сладкий, тут сказать нечего.
— Здоро́во, смутьяны, — ввалился громогласный Ганжа. — Ну что, разворошили осиное гнездо, и сразу понадобился ассенизатор?