План Тимура удался на славу — призывы Боброва, стилистика Лера — и вот, пыльным августовским днём весь зелёный островок со стадионом посреди был запружён митингующими. Откуда-то появились знамёна цветов «Московии» — преобладание красного. Собралось тысяч шестьдесят, и на стадион попала только половина желающих. С трибуны выступали и простые болельщики, и Ахметдинов, и Бобров. Руководство Лиги, испугавшись такого резонанса, прислало своего представителя, который растерянно, заикаясь, успокаивал заверениями. «Московия» допускалась в Высшую Лигу на полных основаниях.
Осталась одна неувязка — в кратчайшие сроки (оставалось две недели до старта) — стадион должен был реконструирован. Уже на митинге он был подготовлен к «штурму» — так назывался решающий отрезок строительства по новой технологии. И, как ни надеялись враги на последнюю зацепку — к нужному дню, стадион красовался новыми трибунами на сорок тысяч человек. Все нормы допуска к Чемпионату были выполнены.
Поскольку именно в этот сезон 2020–2021 производился отбор к Мировому Чемпионату 2022, то рубка предстояла нешуточная. А так, как принципов отбора толком не знали даже сами организаторы, то почти все рассчитывали показать себя с лучшей стороны в разных аспектах: это и работа с болельщиками, и былые заслуги, и богатая история, и текущие результаты, и популярность, и зрелищность… У «Московии» были безнадёжные провалы по пунктам истории и заслуг, но зато эта команда заочно выходила в лидеры по популярности и зрелищности среди российских и украинских команд (в двадцать участников розыгрыша 2020–2021 впихнулись команды из разных соседствующих стран).
Однако, несмотря на вся свою сыгранность и сплочённость, кружева и техничную игру, в первой половине сезона «Московия» была частенько бита зубрами «вышки» — сказывалось отсутствие опыта, некоторая мягкость и неготовность к подковёрным играм. Тем не менее, с выбранного курса команда не сворачивала, и ведомая тренером Ларионовым и капитаном Бобровым, подбадриваемая и финансируемая Ахметдиновым, к зиме она закрепилась в первой пятёрке, отставая от лидера на семь очков.
Зима выходила хлипкой и то залепляла Москву серой слякотью, то поливала дождями, отворяя не по-зимнему зелёную траву на придорожных газонах. Новогодние настроения создавали мандаринам и свежими ёлками. Решили отмечать у Ганжи на даче впятером — позвали Тимура с женой. Хотя тот хотел собирать у себя большую толпу, но в последний момент захотел тишины и покоя. Скорее всего, «постаралась» Лиля. Она приросла к «детям» Юре и Лере всей душой и хотела тихого семейного праздника.
Одну из ёлок затащили в дом — чтобы пахло. Другую нарядили на лужайке с беседкой. Телеящика не было, зато была музыка. Развлекали себя приготовлением многочисленных блюд. Женщины командовали и делали тонкую работу, мужчины готовили плов и помогали женщинам. От Ганжи, конечно, толку было немного — он попивал пивко и балагурил.
— Я вот думаю, может, мне тут бассейн соорудить? С Шапиро договорюсь и бетоноросом быстренько всё залью, будет купель, — Сергей довольно улыбался своей бредовой затее — на его крохотном участке и мангал-то не всегда удавалась пристроить.
— Ага, и будем от ворот к крыльцу на лодке прибывать, — Бобров почесал нос — лук под ножом начал давить слезу.
— Завидуй, завидуй, звезда наша доморощенная. Кстати, какие твои успехи индивидуальные?
— «Успех не личный, но командный», — процитировал кого-то, улыбаясь сквозь луковые слёзы, Юра.