— А кого бить, Торхельд? Сам не знаю, как так вышло, надо найти, где этот Рангвальд. — Янка и все мужчины из песняров разошлись искать Рангвальда.
Безнадёжность этого дела для Янки начала проглядываться сразу. Людей не знают. Место не знают. Упустил! Надо было кидаться на него со всей силы… Только силы не было. Надо было звать на помощь, только голос пропал…
Дедок с пушистой белой бородкой, рядом с которым присел Янка, поглядел на него — поглядел, да и подтолкнул коленом об колено:
— Чего кручинишься внучок?.. Я видел, как вы пели-танцевали — от же ж молодцы, дай Бог здоровья! А чего ты поник?.. Не молчи — скажи старику!
Неприятно говорить, но некуда деваться, и не обижать же доброго человека. Янка рассказал, как у него отобрали деньги.
— Да ладно бы воры — я с каким хочешь вором сам справлюсь! А тут старший дружинник княжеский со своими людьми! Как тут быть? Что за место?.. Э-хе-хе-э… Янка встал устало и стал бродить около деда.
— Постой-погоди! Место у нас доброе, не гневи домовых-родовых. А лучше скажи мне, какой такой старший дружинник?? Я старших всех знаю! — Как звать его?
— Рангвальд!
— Какой такой Рангвальд? Нету никакого Рангвальда!..
— Я как слышал, так и говорю — Рангвальд он назвался, старший княжеский дружинник… Да, я так впросак редко попадаю — старший он или какой — он сразу тесак приставил к горлу, а я… не ожидал. Мы уж и погоревали, сейчас не знаю, как быть… Не пропадём, конечно…
— А какой он из себя?
— Тупой… и здоровенный, вот такого роста, вот такие плечищи, вот такая жо..а. Волосы кудрявятся тёмно-русые, а борода, сколько видел, чёрная… Но старшим он стал только не из-за ума…
— Да-а, с дружинными связываться — толку мало. Всё на их стороне, и сила, и оружие, и закон… А только нету никакого Рангвальда у нас — это же был бы свей, або* дан — а у нас все свои… А вот кудрявого с чёрной бородой… Либо он тебя обманул, либо не княжий, либо не старший и не Рангвальд…
А всё одно — тебе надо итить к Вершиславу! Вот — человек! Охранный старшина княжий. Я его и его отца знаю. Это его дело. Он и выведает, кто вас обобрал. Он как раз приехал домой на побывку.
Я думаю, поможет. — Дедок строго поглядел на Янку. — Иди внучок к нему, чтобы «рангвальды» и всякое жульё у нас не управлялись… Я тебе объясню, кудой пойти…
Вершко открыл дверь. За порогом стоял высокий стройный парень. Светлые кудри до плеч. Глаза, смеющиеся обычно, сейчас серьёзны. Смелый… Решительный… Разгильдяй.
— Слушаю тебя, мил человек.
— Здравствуй! Ты ли Вершислав? Люди подсказали, что мне к Вершиславу надо.
— Я — Вершислав.
— Меня Янка зовут. Мы со товарищи моими — песняры, издалёка приехали. Народ веселили на Святе вашем. А потом наши деньги отнял шляхтич местный со своими людьми. Ежели можешь, помоги вернуть деньги. — Янка просить мог, но не любил, заставил себя смотреть прямо — буду обязан за помощь.
— Заходи в дом, расскажи по порядку.
Через часа полтора, ещё засветло Вершко вместе с Брывой, Янкой, Торхельдом и Смиргуном стояли у порога дома Милована. Милован — простой дружинник, но здоровенный, а значит особенный. Он из сотни Судислава. Постучал в дверь. Вышел Милован, как Янка рассказал — точный портрет:
— Чего треба? — грубо спрашивает Милован.
Вершко к Янке обращается:
— Он?
Янка отвечает:
— Точно! Он самый.
— Деньги песняру верни! — повернулся Вершко снова к Миловану.
— Какие деньги? Куда лезешь? Чего припёрлись?! Какое твоё дело, Верш, вечно лезешь, куда тебя не просят! Нету никаких денег, и ничего не знаю! — Милован развернулся и хотел уйти в дом.
Дверь упёрлась в ногу Вершко. Милован с немалой силой давил дверью, а Вершко спокойно стоит и говорит:
— Я тебя, Милован, знаю… жадоба тебя душит. Не позорь себя и князя. Люди доброе дело делают — веселье приносят, а ты их обижаешь. Деньги все равно заберу. Могу тебя к князю отвести со свидетелями. А хочешь, прямо сейчас морду набью?
— Хто? Ты — мне??
— Я — тебе.
— С двумя бугаями, с целой кодлой* за спиной?!
— Это, чтобы ты быстрее думал.
— …
— Давай деньги им отдадим — и всё, и больше никаких обид. — Сказал Вершко почти ласково, но с таким прищуром, который ничего хорошего не обещал.
— Ты… зачем… Чепель кляты… Не забуду тебе, прознаешь ещё меня…