И то ли мнится, то ли чудится — со стороны дороги какое-то движение, то ли гул, то ли вой, то ли стон… стояли довольно долго, слушали-слушали — не разобрать, что такое жуткое. Потом всё затихло. Постояли ещё послушали — ничего. Тут и туман вроде поредел, стала дорога видна на двадцать шагов вперёд, пошли дальше. И насу̀стречь выходит из тумана Кудеяр-следопыт и Граник-молодой боец, которых в разведку посылали, с виду какие-то загадочные и с ними Стрыйдовг-старый волхв.
— Здрав будь, князь! — приветствует Стрыйдовг.
— Здрав будь, старейший! — отвечает Любомир, спешившись. Подошёл к волхву и смеётся. — Что за туман непроглядный? Не твоих ли чар дело?
— Разумен князь. Богов наших это дело… Я узрел, что беда может сильная быть. И просил богов помочь. И Макошь послала этот туман, чтобы, как материнским крылом белым лебединым закрыть своих детей. Туман скрыл твоё малое войско от большого войска вражеского.
— … Мы стояли в лесу, пережидали и слышали какой-то то ли вой, то ли стон на дороге, а потом всё затихло…
— Это мимо тебя прошёл отряд, наверное, в семь сотен немцев.
Кудеяр и Граник согласно помотали головами в знак согласия.
— А вы как видели, непроглядное же было молоко?! — удивился князь.
— А нам, княже, волхв руками сделал вот так… — Кудеяр изобразил широкий жест обеими руками, — и мы их видели… а они нас нет…
Кудеяр произнёс это и плечами пожал и руками развёл, сам не очень доверяя своим словам. Граник молящим взглядом обводил отряд и князя. А остальные только покряхтели, отводя глаза от волхва и разведчиков.
— Слава родным богам! — подытожил князь и спросил. — Нам теперь ничто не помешает?
— Если только сами себе не помешаете… — глухим эхом отозвался Стрыйдовг.
— Что это значит?
— … Жалею, что не всё мне подвластно, княже Любомире. А то бы я сам всех находников поразил да прогнал, а вас бы всех сынов и внуков невредимыми домой донёс. Да только нет кроме вас другой силы, способной сие совершить… Жертвы принесёте собою на сем пути. За жизнь и свободу нашего рода…
— … Все ли мы погибнем, отче?
— Не все, но многие…
— … Тогда скажи нам что-нибудь, отче, на прощание!
Волхв торжественно поднял руки:
— Слава вам, русские воины! Да не попалит вас огонь, да не потопит вас вода, да не иссушит вас ветер, да не поглотит вас земля, да не коснётся вас никакая скверна, да убоиться вас вражье железо! Путь вам да укажут пращуры и божи! Бейтесь за наш народ, за князя и друг за друга! И да пребудет ваша слава и ваша душа вечно!
Ломжа — тоже красивое место. На берегу извилистой искристой речки Нарев с песчаным бережком. Правда, смотреть это не сильно радостно, когда едешь с большим риском голову сложить.
Городок старинный, лет ему, может, и триста. Главные улочки — мощёны кирпичом. Домики у центральной площади тоже кирпичные. Но самое главное — крепость красива. Сделана не по нашему, по западному образцу. Сама небольшая, но продуманная и вся каменная. Ну, как каменная — кирпичная, но хороший кирпич от времени только прочнее делается, как настоящий камень. Жилые постройки и крепостные стены здесь совмещены и плотно друг с другом соединены. Плюс в том, что для обороны такой крепости гарнизон может быть и совсем небольшим. Минус, что народу там спасти в случае, если придётся спасать, места нет. Крепость такая называется «замок». Как ядро укреплений годиться, а как серьёзная оборона — слабовато. Так же и наша Белая Вежа. Сама по себе наша башня может даже и посерьёзнее будет, чем этот замок, хотя и проще. Дело ведь не в сложности. В замке прячется жадный феодал. А наша башня — для всех оборона.