Кстати, того самого гениального пассажа про «железный занавес» в черновике речи не было – вполне возможно, что Черчилль придумал его экспромтом. Произнесенная им речь вообще несколько отличалась от той, которую он предоставил заранее для прессы, поэтому ее даже не все напечатали. Полную речь со всеми оборотами восстанавливали по частям, кто что успел записать. И только потом, когда удалось обработать аудиозапись выступления и очистить ее от посторонних шумов, «Фултонскую речь» наконец восстановили в том виде, в каком ее произнес Черчилль.
«Никто не знает, каковы планы Советской России и созданной ею международной коммунистической организации на ближайшее будущее и насколько далеко Советы готовы зайти в своем стремлении к экспансии и обращении других в свою „веру“…
Вдоль всего европейского континента – от Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике – опустился железный занавес. За этим занавесом оказались великие столицы древних государств Центральной и Восточной Европы: Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Бухарест и София – все эти прославленные города очутились на территории „советского лагеря“ и теперь не только испытывают на себе – в той или иной форме – влияние Советов, но и во многих случаях подвергаются давлению со стороны Москвы. Лишь Афины – столица Греции, страны, овеянной бессмертной славой, – по-прежнему вольны сами выбирать свое будущее в ходе демократического голосования, проводимого под наблюдением британцев, американцев и французов… Коммунистические партии, прежде не имевшие значительного влияния в восточноевропейских государствах, теперь вдруг оказались на вершине власти, получив полномочия, никак не соответствующие численности их членов, и теперь изо всех сил стараются подчинить тотальному контролю самые разные сферы общественной жизни. Почти повсеместно установился режим диктатуры, и ни в одной стране, за исключением разве что Чехословакии, у демократии пока нет никаких шансов».
Из «Фултонской речи» Черчилля, произнесенной 5 марта 1946 года в Вестминстерском колледже в Фултоне, штат Миссури, США
В финансовом плане у Черчилля все наконец-то было отлично. Первый том книги «Вторая мировая война», которую он писал вместе с целым коллективом помощников из числа участников войны, ученых, политиков и других людей, непосредственно участвовавших в событиях, стал настоящей бомбой. Его сразу перевели на несколько языков, и только на английском вмиг разлетелся почти миллион экземпляров. В Англии Черчиллю заплатили за книгу полмиллиона фунтов, в США купили права на публикацию более чем за миллион долларов. Надо понимать, что в нынешних деньгах это были бы десятки миллионов.
Когда он в 1951 году стал премьер-министром (кстати, впервые как лидер победившей на выборах партии – ведь в 1940 году он получил этот пост просто как преемник подавшего в отставку Чемберлена), и соратники по партии, и друзья вновь стали ему намекать, что ну все, потешил свое тщеславие, помог консерваторам вернуться к власти – пора бы и уйти в отставку, а пост премьера передать кому-то из молодых лидеров. Но Черчилль, несмотря на то что ему было уже 76 лет, не собирался сдаваться. Для него политика была не синекурой, а служением Родине, и он намеревался работать во благо Англии, пока сможет. К тому же в это время уже тяжело болел король Георг, и нетрудно было догадаться, что премьеру вскоре придется знакомить с государственным управлением молодую Елизавету. Нет, Черчилль, конечно, не мог уступить кому-то эту честь. Поэтому всем пришлось смириться и замолчать. Как очень точно сказал журналист Хью Мэссингем: «У Уинстона на руках все козыри. Сместить его невозможно. Ни у министров, ни у кого бы то ни было не хватит ни сил, ни смелости заставить его уйти прежде, чем он сам этого пожелает».
В июне 1953 года, вскоре после коронации Елизаветы II[17], с Черчиллем прямо на Даунинг-стрит случился удар. Стало ясно, что с политической карьерой пора заканчивать, – здоровье уже не в первый раз его подводило. Но на сей раз он мог уйти, уверенный в собственной популярности: он опять премьер-министр, молодая королева даровала ему рыцарское звание, а на свое 80-летие он получил более тридцати тысяч открыток с поздравлениями.
В конце концов в апреле 1955 года восьмидесятилетний Черчилль все-таки сложил с себя обязанности премьера и уступил пост лидера партии Энтони Идену. Однако свое место в парламенте он сохранял до 1964 года, правда, в последние годы почти не посещал заседаний. Он много путешествовал, в основном на юг Франции, где продолжал рисовать пейзажи, или на яхте по Средиземному морю. Посещал Марокко, Канарские острова.