- Вот что, - задыхаясь, произнес Глеб. - Я пришел сюда работать ради звезд. И мне, в конце концов, наплевать, кто там будет у вас транспозитировать грузы!.. Кстати, кто сейчас командир «Миража»? Мсье Антуан-Рене Бессон? Я полагаю, мой бывший шеф не забудет дать Антуану-Рене соответствующие распоряжения. В связи с моим намерением покинуть «Зенит». Орэвуар!
Отчаянно взмахнув рукой, Глеб зашагал вдоль туннеля.
- Что ж, дело твое, - сказал ему вслед Калантаров. И вдруг, словно вспомнив о чем-то, воскликнул: - Да, кстати!..
Глеб повернулся к шефу вполоборота. Спросил:
- Ну?
- Понимаешь ли… - Калантаров взглянул на часы. - Твой знаменитый эр-эффект кажется мне весьма любопытным. И пока не поздно, хотелось бы выяснить, что по этому поводу думает сам открыватель эффекта - Глеб Неделин. Если, конечно, он думал.
- Думал, - глухо ответил Глеб.
- И каков результат?
- Потрясающий. Но вряд ли покажется вам интересным.
- К примеру?
- Стала сниться всякая белиберда. К примеру: безлюдный «Зенит», монополярные выверты. Часы такие… с гирями, стрелками и кукушками.
- Гм, действительно…
Помолчали, Калантаров еще раз взглянул на часы и сказал:
- На Меркурии я в основном занимался твоим эр-эффектом. Точнее, эр-феноменом - впредь так и будем его называть.
Глеб понимающе кивнул:
- Странное явление, верно? Три очень заметные полосы размыва пульсации поля… А затем, будто бы эхо, девять более узких полос. Трижды аукнется, трижды откликнется. Пока аукается и откликается, куда-то лавинообразно уходит энергия, словно в бездонную пропасть. В результате я получаю пинок от начальства и репутацию скверного оператора. Знать бы за что?
- Страдалец, - посочувствовал Калантаров. - Ты искал причину перерасхода энергии только поэтому?
- Нет, скорее из спортивного интереса. Таким уж, простите, мама меня родила. До неприличия любопытным.
Калантаров приблизился к Глебу и взял его под руку.
- Нетерпелив ты до неприличия, вот что… - Он оглядел потолок. - Где-то здесь должны быть вентиляционные отверстия.
- Это немного дальше. Но там сквозняк.
- Ничего, - возразил Калантаров, увлекая Глеба за собой. - Нам вовсе не мешает проветриться.
Идти куда-то принимать воздушные ванны - такой потребности Глеб вовсене ощущал, но сопротивляться было бы еще глупее.Тем более что Калантаровявно спешил и вид имел весьма озабоченный.
ГЛАВА 7
Они шли по кольцу вдоль туннеля, и Калантаров на ходу внимательно разглядывал стены, пол, потолок, будто впервые все это видел.
- Вот, - сказал Глеб, - здесь находится одна из вентиляционных дыр. Две другие…
- Нет, нет, - перебил Калантаров. - Именно эта. Лифтовый люк мы миновали, а впереди - вход в информаторий… Все правильно.
- И что же дальше? - осведомился Глеб.
- Проведем вертикаль от вентиляционной решетки до подножия стены. - Калантаров присел, ткнул пальцем туда, где кончилась воображаемая вертикаль. - Отсюда нужно отмерить ровно три метра влево.
Глеб, не вынимая рук из карманов, отмерил три шага в указанном направлении.
- Готово, - сказал он. - Мой шаг точно равен метру, это проверено. Где заступ?
- Какой еще заступ? - не понял шеф.
- Которым копать. Во всех приключенческих книжках клады копают именно заступом. Вот, к примеру, клад знаменитого Кидда…
- Любопытно, - сказал Калантаров. - Но Кидд подождет. Место, на котором ты стоишь, отметь чем-нибудь.
Глеб вынул из кармана носовой платок и бросил под ноги. Калантаров поднялся и отряхнул ладони.
- Шеф, - сказал Глеб. - Я понимаю, у вас сегодня игривое настроение. Однако при чем здесь я?
- Да, при чем здесь ты? Вернее, при чем здесь твой эр-феномен, вот в чем вопрос…
Глеб насторожился:
- А несколько популярнее можно?
Калантаров, казалось, не слышал. Он завороженно смотрел на черную альфа-защитную стену. Потом провел по ней пальцем и стал изучать этот палец с большим интересом.
Глеб тоже посмотрел на стену. Стена как стена. Впрочем… Здесь она выглядела менее блестящей, чем по соседству - в обе стороны своего продолжения. Словно бы глянцевая поверхность слегка запотела. «Ток увлажненного воздуха от вентиляции? - подумал Глеб. - Но тогда почему стена запотела не против решетки, почему далеко в стороне?..» По примеру шефа Глеб провел по стене пальцем. На пальце остался тонкий налет черного порошка.
- Понял? - спросил Калантаров.
- Понял. Процесс шелушения… Но самое удивительное…
- М-да… - Шеф помолчал. - Но самое удивительное… Ну ладно, время у нас еще есть, и теперь ты можешь мне рассказать о кладах злополучного Кидда.
- Нет, не ладно! - Глеб побледнел. - Вы забыли мне объяснить, зачем вам то и дело нужно было поминать мой эр-феномен?
- Ах да!.. Сущая безделица. Я не был уверен, что это мое объяснение разбудит в тебе любопытство.
Глеб сжал зубы до боли в скулах и тяжело задышал через нос.
- Вот так-то лучше, - сурово сказал Калантаров, - когда без этих штучек типа «орэвуар!» и прочих аксессуаров воинствующего малодушия. Говорят, дурной пример заразителен, но это смотря чей пример и смотря для кого. Да, Халифман ушел. Он ушел потому, что почувствовал слабость в коленках, и я его не обвиняю. Он понял, что сделал для ТР-физики все, что мог, и честно ушел, потому что знал, что больше ничего сделать не сможет. Это было еще до Топаллера. Я не буду слишком удивлен, если по той же причине, но после Топаллера, уйдет Туманов. Он перестал волноваться и думать, а это значит - перестал понимать. Ушел Захаров - его тоже не обвиняю. Во-первых, он стар, во-вторых, он свою миссию выполнил - добился реализации ТР-перелетов в пределах Солнечной системы. А на звезды ему было всегда наплевать… Да, после Топаллера поредели наши ряды на «Аркаде», «Зените», «Дипстаре», в институте Пространства. Ушли в основном те, кто не был подготовлен для ТР-физики по-настоящему. Но посмотри, кто остался, не говоря уже о нашей группе! Шубин остался, Майкл, Нейдл, Сикорский, Крамер, Бютуар! Ядро, вокруг которого постепенно соберется зубастая молодежь. Зело труден орешек межзвездной транспозитации, и для его счастливого разгрызения нужно будет много и, главное, оригинально шевелить мозгами. Такая перспектива тебя устраивает?
- От работы я никогда не отказывался, - хмуро напомнил Глеб. - Я полон нетерпения оригинально шевелить мозгами. Может, сразу начнем? Проведем ученый совет, представителя техбюро вышвырнем из диспетчерской и, помолясь на созвездие Кассиопеи, начнем исторический штурм Вселенной?
- Ты опоздал, - возразил Калантаров.
- В каком это смысле?..
- В смысле молитвы. Поскольку штурм ты уже начал. И даже раньше меня. Начал в тот день, когда впервые задумался над причинами появления эр-феномена.
Глеб тревожно задумался над сообщением шефа.
- Ладно, - сказал он. Вскинул руки над головой. - Вам удалось загнать меня в угол, сдаюсь!.. Я давно заподозрил, что эр-феномен - явление гораздо более сложного порядка, чем принято было считать. И прежде всего меня насторожил его спорадизм. Признаюсь: в поисках причины перерасхода энергии на малой тяге я составил занятное уравнение. Правда, практической пользы от него было столько же, сколько от зайца перьев - просто математический опус…
- Неправда, - сказал Калантаров. - Понятие о линзовидных уплотнениях эр-поля за пределами альфа-экранного контура не есть математический опус. Это физический смысл твоего уравнения. Дальше?
- Что дальше?! - зло удивился Глеб. - Я уже поднял руки перед вашей проницательностью, что вам еще нужно?
- Перья от зайца, - спокойно ответил шеф. И вдруг, багровея на глазах собеседника, захрипел, потрясая кулаками: - М-мальчишка! Щенок! Сумел найти уравнение поля с-самостоятельно, но ухитрился ничего не понять! Он, видите ли, работает здесь ради великой идеи межзвездной транспозитации! Он ходит, видите ли, руки в брюки, рычит на каждого встречного и упрямо не желает замечать, что ключи от хранилища этой идеи давным-давно звенят у него в кармане! Самонадеянно полагает, что мне зачем-то понадобилось загонять его в угол!..