Бац-бац! Кот сидит на жопе и вытирает кровь, текущую из носа! Наташка наклонилась к нему: «Что-то еще хочешь сказать про мою жопу?». Кот молчал. Она повернулась к нам: «Может кто другой что скажет про жопы конькобежек?». Мы тоже промолчали. Она, объезжая от нас, бросила Сереге: «Давай, не стой! Тренировка не окончена!».
Помню Кот, прикладывая снег к носу, все смущенно бурчал: «Ну до чего же ебнутая девка!».
Ага… Вот такая Шмидтиха! И оказывается, я описал ее попу. Интересно было бы посмотреть!
Девчонки переглядывались и что-то шушукались.
Да ладно, что-то я сегодня разговорился.
Когда уже вышли с территории РТС, Катька побежала в магазин, а мы некоторое время шли со Светкой вместе. Уже в переулке, когда ей нужно было поворачивать к «двухэтажкам», где она с родителями жила, Светка наклонилась ко мне и шепотом спросила:
— Юр! А ты — правда этот… ну… чердынец?
«Вот же деревня, блин! И семейка моя тоже! Кто? Катька рассказала?».
— Свет! — так же шепотом, наклонившись к ней еще больше, сказал я, — если скажу правду, дашь тебя поцеловать?
— Ты дурак, Юрка, что ли? — она отпрянула от меня, оглянувшись по сторонам.
— Света! Ты хочешь узнать — чердынец ли я, а я очень хочу тебя поцеловать, ты такая красивая!
— Вот ты дурак-то! Я вот Кате расскажу! — Светка решительно зашагала по переулку. «А ножки и попа у нее — класс!».
Зачем я это сделал — кто бы мне сказал! Как-то уже шизофренией попахивает — только что думал одно — делаю совершенно другое! Эта смесь опытного шестидесятилетнего кобеля с малолетним пацаном в период созревания — что-то с чем-то! Меня эта озабоченность временами гнетет — как сказали бы в будущем — «нипадецки»!
Дома меня ждал еще один «сюрпрайс», мать его.
Оказывается, грядки в огороде пришли полоть тетя Надя и Галина. И, дождавшись Катьку, обедать сели все вместе. То есть за столом я сидел один «из мужуков». Стараясь никуда не «пялиться», молча поел, и поблагодарив бабу, отправился на крыльцо — посидеть, «чтобы жирок завязался», как тут шутили.
— Ты, Катя, со мной пойдешь, к баби Дусе. Мы там ткать палавики будим, ты паможешь. Там и Лизушка уже играит, — это она дочь Галины так называет, — а грядки, вон дефки — Галина, да Надя праполют! А патом уж и у Дуси праполим — у ниё жа чуть позжа садили, рана ишшо палоть-та…
Раздав указания, бабуля отправилась к сестре:
— Ты, Юрк, тожа не засиживайся — воду натаскай, да баню затопишь! Када она ишшо прогрецца?! И диды чё-та задержались где-та…
Ну что — глаза бояться, а руки делают! Сто литров — бачок под горячую воду — в первую очередь! Потому как потом — уже можно печь растопить! Сто литров — это пять ходок на водонапорную башню. Потом еще двести литров — в два бачка под холодную воду, еще десять ходок. Так-то и не много, да. Только вот я не один там воду набираю — через раз приходится попадать в очередь и ждать. Хорошо, что башня высокая и напор сильный — ждать долго не приходится!
Почему воды так много? Я думаю, что сегодня у деда с бабой соберутся все — и мои родители, и дядька с женой, и дед Гена с бабой Дусей, и тетка Надя со своими «спиногрызами». Народу будет много, все будут мыться, и воды — тоже много нужно!
В РТС есть общая баня — одна часть котельной отгорожена — там и устроили общий зал с раздевалкой. В пятницу — моются женщины и ребятишки, в субботу уже — мужики. Ну это те, у кого своей бани нет — в основном, жильцы многоквартирных домов, да бараков. Хотя часть из них — моется по частным баням — у родных.
Пацаны — такие как Сашка Крестик, пробовали «освоить это объект» — по пятницам, ага. Но высоко задранные окна, да еще и с побелкой внутри, заставили их признать это дело — бесперспективным!
Таская воду в баню, проходя по огороду, мимо грядок, стараюсь не «косить лиловым глазом» в сторону тетки и Галины. Это сложно, но я стараюсь!
Галина одета в старый, побелевший от многочисленных стирок, комбинезон. Наверное — дяди Володин. Комбез настолько старый, что, мало того, что из синего стал почти белым — очень светло-голубым, так и истончился чуть не до марли. Но — чистый, подштопанный.
Подвязанный пояском, хоть и мешковатый, он все-таки очень подчеркивает фигуру «этой ведьмы». А так как работа предполагает нахождение большую часть времени — «на корточках», либо в позе «мама моет пол», то смотреть мне в ее сторону — противопоказано!
Черт! На нее даже мешок надень, все равно будет — королева! Ага! Как Мерилин Монро когда-то на фотосессии в мешке!