Конечно, редко, но всё же бывало такое, что мы помогали друг другу. Делились учебниками, канцелярскими принадлежностями, домашними ЗАДАНИЯМИ (мы не давали друг другу списывать). И один из этих редких случаев нашей взаимопомощи стал завязкой данной истории.
В один из весенних дней шестого класса у нас убрали последние два урока. Все поспешили на футбольную площадку, в том числе мой «дражайший» сосед. Мне было не к спеху, так как я собиралась ехать домой. Оказалось, что этот умник кудрявый забыл свой учебник на парте, а в классе уже никого не было. Пришлось мне догонять его. К счастью, он не ушёл далеко, а неспешно шагал с приятелями из параллельных классов в сторону заднего двора, где и была футбольная площадка. Выскочив из здания школы, я басом проорала его имя. И не спрашивайте зачем! Сама не знаю. Он, привыкший к моим причудам, даже не вздрогнул, а вот его друзья резко обернулись. Среди них я отметила несколько знакомых лиц, которых видела на переменах (ЗАПОМНИТЕ ЭТО ПРЕДЛОЖЕНИЕ). Быстро отдав однокласснику его учебник, я убежала, так как понимала, как глупо выглядела со стороны.
Если бы в тот день мне кто-то сказал, что случай с учебником повлечет за собой череду оказий, я или не поверила бы, или сплюнула бы. Скоро мои спокойные ,будни закончились, а об отдыхе во время перемен пришлось забыть.
Глава 1
После того случая с забытым моим соседом учебником ничего значительного не происходило. Мне кажется, именно поэтому я смутно помню 6 класс. В моих воспоминаниях лишь тяжелые часы на уроках (я училась в физико-математической государственной школе, которая считалась лучшей на моей Родине) и не менее тоскливые минуты перерывов между занятиями. Хотя как-то завелось у меня и двух мои одноклассниц гонять по коридорам мальчиков. Да, да, вы не ослышались. Мы их гоняли. У одной из моих подруг появился новый объект обожания, коим был мальчик с параллели. Не спорю, он был привлекателен, хотя даже на мой неискушенный вкус, парень был смазлив и худощав. Но это можно списать на его то ли корейские, то ли японские корни. Так вот, увидела я однажды на перемене, как мои вышеупомянутые одноклассницы бегут за кем-то. А мне как раз было скучно. После следующего урока я присоединилась к девочкам. Бедный мальчик! Теперь я и одна из моих товарищей перекрывали ему пути к отступлению, то есть лестничные пролеты, а его воздыхательница лупила бедолагу (нормальное проявление чувств для 12-леток), удерживаемого нами с двух сторон. Не зря же на физкультуре я первый круг, а иногда и второй, пробегала третьей. Второй как раз-таки была одноклассница, с которой мы мальчика ловили и держали. У пацана элементарно не было шансов избежать искренней любви юной поклонницы. Уровень искренности проявлялся в силе тумаков последней.
И вот, в один из таких забегов во время большой 15-минтуной перемены я мельком заметила мальчика славянской внешности. Он был среднего роста, худощавый и светло-русый. Это все, что я успела тогда отметить. А сейчас точно могу сказать, что лицо его было в редких, еле заметных веснушках. В глаза ему я никогда не смотрела, но были они то ли серо-голубые, то ли светло-зеленые. Ничего примечательного. У нас в школе училось много русских, украинцев и белорусов. И в тот день я просто пробежал мимо. Так бы наши миры и не пересеклись как параллельные прямые, но… Мы учились в одной школе, в одной параллели: он из А-класса, я из Б-класса. Оказалось, у нас в расписании были предметы, которые проходили в соседних кабинетах. И с того дня я несколько раз замечала его в толпе шестиклассников.
Но это был не признак симпатии, а всего лишь праздное внимание из-за знакомого лица. Никак не могла вспомнить, где его видела. А однажды мы снова прошли в коридоре мимо друг друга, и тут меня осенило. Это был один из тех ребят, что были с моим соседом по парте, когда последний забыл свой учебник на парте. Мда… Как неловко получается. В первый раз басом орала, потом пробежала мимо как отшибленная на всю голову, а в последующие дни, бывало, долго смотрела на него, силясь вспомнить. Он, наверное, счел меня сумасшедшей или слабоумной, и наверное, был недалек от правды.
С того дня я старалась с ним вообще не пересекаться: во время перемен сидела в кабинете, чтобы не встретить его в столовой или в коридорах; когда видела его на горизонте, делала вид, что не замечаю. Возможно, мои актерские навыки были не столь хороши, но лицо у меня обычно было или хмурое, или попросту безэмоциональное. Да и я тогда увлеклась электронными книгами. На всех переменах читала книги жанра фэнтези. Уже не так часто бегала с девочками за тем бедным мальчиком. Наверное, именно тогда я начала взрослеть. Хотелось казаться более утонченной и женственной, то есть не нестись по коридорам, расталкивая всех на пути. Это было не для привлечения парней. А для того, чтобы стать нормальной. Казалось, если я буду как все, то остальные одноклассницами из класса станут со мной дружить. Да, мне было сложно общаться с девочками, которые уже красились, обсуждали модные тенденции и красивых мальчиков. Я их не понимала, а им было скучно со мной. Мои подруги…мы дружили, когда возвращались со школы, когда нужна была ручка, но, по сути, не были именно теми подружками, коих обычно подразумевают под этим словом.