Один из надсмотрщиков подошел ко мне, приветственно кивнув. Он стоял, глядя на меня, пока я не предложил ему лхо-сигарету.
- Можно? – спросил он, и я кивнул. – Спасибо!
Подошел еще один надсмотрщик. Первый разделил с ним лхо-сигарету, которую я дал ему, и они назвали свои имена:
- Я Перин, - сказал один, с прямыми черными волосами, неровно подстриженными.
- А я Томбс. Служу здесь пять лет, - сказал второй, более низкорослый, затянувшись окурком. – Хорошее у тебя лхо.
Перин кивнул, дожидаясь своей очереди.
- Значит, ты уже видел «Недостойного»?
Я кивнул.
- Откуда он тут взялся?
Перин пожал плечами.
- Появился здесь три месяца назад. Пришел с сервами… Культ Святой Крови. Но через пару недель сервы уже почитали его как святого. Они здорово пугают меня.
Когда технопровидец Гэд закончил церемонию, он подошел ко мне, чтобы тоже покурить лхо, и взял сигарету дрожащими пальцами. Когда он склонился ко мне, чтобы прикурить, я увидел, что его глаза налиты кровью.
- Это место убивает меня, - сказал он. – Вы это чувствуете?
Я огляделся. Тут действительно чувствовалось что-то странное.
Гэд закрыл глаза и с удовольствием затянулся.
- Вы слышали о Рлоре? – спросил он.
- Нет. А кто это?
- Он был заместителем бухгалтера Тару. Тоже из бывших гвардейцев. Не особо умный, но верный. Вы понимаете, о чем я?
Я понимал.
- И?
- Ну вот, - продолжал он. – Однажды он зашел в теплицу, поскользнулся и упал в бак с жидкими удобрениями.
Тут я не вполне понял, к чему это.
- Удобрения выделяют ядовитые газы, - пояснил Гэд. – Если упадешь в бак, у тебя есть лишь несколько секунд, чтобы выбраться…
- А если не выберешься, то потеряешь сознание? – догадался я. Технопровидец кивнул, и я поморщился, - А потом утонешь…
- На следующий день, - продолжал Гэд, - у теплицы нашли соломенное пугало, такое же, как те, которые мы ставим в полях. Вот только никто не приносил это пугало к теплице. Сервы были напуганы до ужаса. А ночью там горел свет. Капо запер эту теплицу. Он сказал, что лучше нам оставить то, что там есть, внутри – что бы это ни было. Иначе оно выйдет наружу. И теперь, там, где случается чья-то смерть, находят одно из этих проклятых соломенных пугал. Они просто ждут…
Когда Мамма Джетт и ее рабочие были похоронены, мы организовали простой ужин из вареных кореньев и нескольких кусочков вяленого мяса грокса. Все надсмотрщики рано отправились спать. Капо пожелал каждому из них спокойной ночи, и они скрылись в темноте. Я воспользовался возможностью спросить о смерти Рлора в теплице.
Капо испуганно открыл рот и промямлил:
- Теплица просто неисправна. Там сейчас настоящие джунгли.
Террини прищурился.
- Значит, надо, чтобы она работала исправно, - сказал он. – Что там растет?
- Водоросли.
- Хорошо. Значит, надо собрать урожай водорослей. Понятно?
Капо кивнул.
- Я пошлю кого-нибудь туда утром.
В этой напряженной атмосфере мы закончили ужин. Наконец Капо сказал:
- Надсмотрщик Перин отведет вас к дому для ночлега.
Мы захватили вещмешки с багажника на крыше нашей полугусеничной машины и последовали за Перином мимо часовни и вдоль ряда амбаров. Дорога была грунтовой, здесь и там на ней попадались камни и выбоины. Справа от нас находился барак для сервов. Это было низкое и крепкое камнебетонное здание, окна без стекол были закрыты решетками. У дверей несли охрану двое надсмотрщиков. Они были одеты так же, как Перин, с лазганами за плечами.
Они поприветствовали нас знамением аквилы, и мы, проходя мимо, сделали то же самое.
- Дом для гостей здесь, - сказал Перин, повернув налево по еще одной грунтовой дороге. Мы прошли мимо высокой проволочной ограды к ряду одноэтажных сборных домов, стоявших вдоль дороги с щебеночным покрытием.
Комплекс жилых построек для надсмотрщиков явно должен был давать этим колонистам пустыни чувство дома и порядка. Вдоль мощеной дороги стояли фонари на столбах из литого чугуна. У каждого одноэтажного дома был дворик с проволочной оградой. Но из за общей заброшенности это место все равно казалось пустым и покинутым.
Половина фонарей была разбита и не горела. Оставшиеся отбрасывали узкие круги света, освещавшего лишь камни и сорняки.
Перин указал на третий дом в ряду.
- Это мой, - гордо сказал он.
Мы не знали, что на это сказать. Домишко казался таким же грязным и запущенным, как и остальные, и Перин заметил наше отсутствие энтузиазма.
- Дом для гостей дальше. Мы его редко используем. Обычно никто сюда не приезжает.
Я попытался завязать беседу. Судя по виду, Перин раньше был военным, хотя это могло означать что угодно, от местной милиции до резерва Имперской Гвардии.