Выпил залпом стакан водки. Ополоснул лицо водой. И вспомнил про Алису.
…Ее мобильный телефон отозвался сразу же, она сняла трубку на первом звонке. Но в динамике не было голоса – он услышал в ответ только хрип…
– Добрый вечер. Простите… я по объявлению. Это фирма «Князь Ltd»?
– Да, сударь. Входите, будьте любезны. Чем могу служить-с?
– Девушки у метро «Иисусо-Христово» рекламки раздавали, я и взял. Скажите, это вообще не кидалово? А то мне как-то сумнительно-с…
– Помилуй Бог, милостивый государь! Да какое ж кидалово! Фирма солидная-с, сорок лет на рынке услуг. Пожалуйте заказывать.
– Гой еси. Скажите… почем у вас, например… (выдох) титул князя?
– (Сухим тоном.) Двадцать тысяч евро.
– (Испуганно.) Да вы что, совсем охренели, что ли?
– Как пожелаете, сударь. Это ж вам князь, а не говно собачье. У нас все настоящее – фиктивный брак с княгиней, запись в книгу Дворянского Собрания, дизайнер-профессионал для герба, визитки с надписью «Ваша Светлость». Нет, если вам угодно у всяких хачей в подворотне титул шаха покупать, то на здоровье-с, отговорить не могу. Но большинство денег княгинюшка забирает. Она на мелочь, к сожалению, не соглашается.
– (Игриво.) А если я друзей приведу, вы скидочку сделаете?
– Сожалею, сударь. Княгиня за всех ваших друзей выйти замуж не может, а скидок не дает. У нее родословная – аки у бультерьера. Род от Рюрика ведет, сто тысяч крепостных было, деревни, земель – почти с Францию. Правда, сейчас в общежитии живет. Но осанка, порода – обомлеете-с.
– Пока что я от цены обомлел. Нет, приятно быть князем, но такие деньги… пять раз на Бали съездить… а вот графчики у вас почем?
– Графы дешевле. Правда, смотря какой фамилии. Шереметев десять тысяч евро идет, потому как родословная и медали, и кровь-то какая, а? Да предложи я графине Шереметевой цену сбить, ее сиятельство на хер меня пошлет со всеми прибабахами. А вот граф Бабаловский-Куздово недорого, за штуку-с. Но у него условие – на гербе должен червяк быть.
– (Остолбенело.) А червяк-то на хрен?
– Его прапрапрадед царю Петру Алексеевичу рыбку помогал ловить, за что тот ему титул и пожаловал. Знаете, были постельничие, спальники, стольники… а граф Бабаловский-Куздово был червяничий, так сказать.
– Гм… нет, благодарствуйте… червяк, это чрезмерно-с. Так мы и до члена на гербе дойдем. Хорошо, а с баронами можно что-нибудь придумать?
– Ууууу, эдакого добра у нас немерено. На баронов сейчас сезонные скидки, сударь. Пять титулов берете, шестой в подарок. Очень популярный товар, купцы обычно покупают. Баронесс всюду хоть отбавляй, все бедные, они и за пэтэушника замуж выйдут. Вот в нашей фирме, скажем, одна баронесса за обедом разносит сотрудникам кофе. Сто евро, и титул ваш. Гордая весьма, и профиль такой, интеллектуально замечательный.
– (Осторожно.) А на гербе что?
– Да Господи, что там может быть у баронов? Финифть какая-то, лев злой, орлы еще бывают, пара мечей… баян, однако – но сильно впечатляет.
– Ладно, зовите свою баронессу. Сто евро, вы говорите?
– Желательно наличными. Карточкой не берет – у них в роду не принято.
– Мда-с… гордая.
– А что вы хотите – баронесса. Берете? К ней пачка жвачки в подарок.
(Звучит средневековая музыка, слышен нежнейший звон бокалов.)
Глава восьмая
Тюремный замок
(Зданiе МВД, кабинетъ директора)
Записи на бумаге появлялись едва ли не каждую минуту. Гербовый лист с двуглавым орлом и круглой печатью за каких-то четверть часа весь покрылся пошлыми каллиграфическими завитушками. Ручка «паркер» зловеще зависала над листом, как стервятник над овцой – строчка вычеркивалась, поверх нее появлялись новые буквы. Тайный советник Арсений Муравьев еще с гимназии привык помещать мысли на бумагу: так ему легче думалось. Думы весили столько же, сколько дубовый стол, заваленный документами, офисная лампа уныло выгибала железную шею, бросая свет на пачку фотографий. Прошло больше двух недель со дня ограбления могилы Пушкина, но дело не продвинулось ни на йоту: и это несмотря на привлечение лучших специалистов. Только, казалось, все затихло, как сегодня – опять вынос мозга. Телевизоры мира вспыхнули новостью: разрыто секретное захоронение на кладбище бомжей под Лос-Анджелесом, из тайного склепа похищен прах Майкла Джексона. Пушкин, Наполеон – еще куда ни шло, но Джексон… Начался такой рок-н-ролл, любое цунами в сравнении с ним – садовые цветочки.