— Подожди. — Майло накрыл ее ладони своими. — Разве сирены не черпают свою силу от Луны? Давай попробуем что-нибудь.
Она посмотрела на него тяжелыми, сияющими глазами, в которых уже не было надежды, когда он поднес ее руку к знаку в виде солнечной звезды на своей руке.
— Используй меня как щит для своей силы.
Мы с Расселом наблюдали за ними, напряженные, полные надежды и ужаса одновременно. Часы тикали. Насколько я знал, Бастиан уже убивает ее. Мне пришлось заставить себя дышать.
От Майло исходил золотой свет, который достигал высшей точки в виде метки на его руке. Катрина держалась за него, объединяя их силы, так что ее начало окружать золотое сияние. Она потянулась вперед и коснулась темной воды, Майло все еще был рядом с ней. Там, где ее пальцы соприкоснулись с водой, стена разделилась и сквозь нее прорезался золотой ободок, образовав небольшое отверстие.
— Солнце и луна, должно быть, сталкиваются с одной и той же тьмой, — прошептал Майло себе под нос. Я бы спросил его, что он имеет в виду, но был слишком занят, спеша к растущей дыре в водяной стене.
Я хотел сбежать, но остановился, осознав, что Бастиану известен мой план. Он знал, что я намеревался покончить с собой ради Серены, и не позволит мне этого сделать. Кто-то другой должен был бы сделать это в тот момент, когда он меньше всего ожидал.
Мои мысли метались, как вода, бурлящая вокруг нас. Я повернулся к Майло и заговорил тихо, но достаточно настойчиво.
— Когда я доберусь туда… послушай… когда Серена будет коронована, ты должен будешь убить меня.
— Что? — Глаза Майло вспыхнули.
Я схватил его за плечи.
— Я прошу тебя об этом, потому что это единственный способ. Моя жизнь в обмен на ее власть — такова была сделка, которую она заключила. Я должен спасти ее. Ты должен убить меня. Понимаешь? Убей меня.
— Я… я не могу сделать то, о чем ты просишь, Беллами. — Майло отвернулся.
— Тогда я не прошу. И я — капитан, помнишь? — Я выдохнул, мое сердце бешено колотилось.
— Беллами, я…
— Только не надо сейчас вешать мне лапшу на уши, золотой мальчик. Однажды я уже умер из-за Катрины. Думаешь, я не сделаю этого еще раз, ради Серены?
— Это было другое, — возразил Майло. — У тебя не было выбора. Мы были обречены на ад. Мы все равно должны были умереть.
— Ну, без нее моя жизнь превратится в ад. — Я сплюнул, встретив взгляд Майло своим ожесточенным взглядом. — Я думал, что ты, как никто другой, поймешь меня. Я думал, что ты, как никто другой, поддержишь меня. Ты сказал, что прикроешь меня… во всем, что будет дальше.
Он молчал, и я мог сказать, что не переубедил его. Я больше не мог тратить время на попытки убедить его.
— Ну и пошел ты к черту, Майло. Не забудь вытащить свой нож из моей спины, когда я буду уходить. — Я оттолкнул его с дороги и побежал к дыре в воде, пока Майло кричал Катрине, чтобы она закрыла ее.
Она пыталась, но была недостаточно быстра. Я прыгнул в воду, там по краям все еще брызгала и обжигала мне кожу, но я не обращал на это внимания. Так быстро, как только могли нести меня ноги, я подбежал к короне, лежащей на земле, и подхватил ее. Затем я направился по темным пустым туннелям, моя судьба была в буквальном смысле в моих собственных руках, когда я бежал короновать свою королеву.
Стены расплывались, когда я проходил мимо. Звуки вдалеке превратились в глухие завывания, которые затихли в моих ушах, словно остатки присутствия призрака. Я почувствовал, как в глаза мне набегают слезы, и зажмурился, чтобы сморгнуть их. Я не позволю себе оплакивать эту жизнь, черт возьми. Я наконец-то понял, что мне суждено делать. Я наконец-то понял, зачем я здесь. И это было для того, чтобы спасти Серену раз и навсегда. С Майло или нет, я придумаю, как.
«Какого черта я все время умираю?» пошутил я про себя. Это был единственный способ смягчить боль от отказа Майло помочь мне. Я все еще не мог поверить, что он отвернулся от меня. Я не мог поверить, что он такой трус.
Когда вошел в тронный зал, то услышал шаги позади себя. Я обернулся и увидел Рассела, его руки были покрыты ожогами, такими же, как у меня, только хуже. Конечно, он бы прыгнул в это отверстие прямо за мной. По крайней мере, это не могла быть Катрина или Ной, или, черт возьми, я бы даже взял МакКензи. Но передо мной стоял Рассел, а не они. У меня все получится.
— Ты вовремя, старина, — сказал я, еще раз оглядывая комнату. Мне стало ясно, что это будет работа для двоих, поскольку в какой-то момент я умру. Я пригнулся за каменной колонной и жестом велел Расселу сделать то же самое. Бастиан нес Серену на руках, защищенный струящейся завесой своей темной силы, когда поднимался с ней по ступеням. Она даже больше не сопротивлялась ему, и ее тело обмякло, как атласный шарф, когда он положил ее поперек трона-алтаря.