51. Морская пена
Катрина
Какой-то странный инстинкт звал меня туда, влек к силе, которую я не совсем понимала, но не могла сопротивляться. Я не знала, куда направляюсь, но плыла туда с непривычной уверенностью. Следуя за течением, я безуспешно искала в воде маму. И все же я продолжала двигаться вперед, следуя какому-то врожденному инстинкту, о котором и не подозревала.
Куски камня, оставшиеся от старого форта, плавали вокруг меня, продолжая падать в воду сверху. Я подумала о Беллами и вздрогнула от мысли, что он, возможно, просто потерялся во всем этом, замерзший и одинокий, дрейфующий в хаосе. Он заслуживал гораздо лучшего. Майло однажды сказал, что жизнь всегда была несправедлива к нему. Он был прав. Я с трудом сдержала слезы от грусти и гнева и не могла не подумать о том, что, если Серена после этого не восстановит справедливость в отношении Бастиана, я сделаю это сама.
Но Бастиан был на демоническом корабле, уплывающем прочь, чтобы спасти свою жалкую задницу. И вот я здесь, плетусь хвостом по какому-то мистическому пути, чтобы ответить на зов, который чувствую только я, не в силах с ним бороться. И я поплыла через океан, пока не увидела вдали под водой огонек. Когда я приблизилась, меня приветствовала изящная фигура другой русалки — моей мамы.
«Мама, ты как сюда попала? Где мы?»
Мама склонила голову набок. В этом виде она выглядела такой помолодевшей, будто она все еще была собой, но в ней была какая-то нечеловеческая красота. Особенно здесь, в открытом океане. Каштановые волосы обрамляли ее лицо, которое было смягчено неземным прикосновением. В ее глазах было какое-то странное кошачье очарование, которого раньше не было, а сейчас они были такого же океански-голубого оттенка, как и у меня. Было почти невозможно отвести взгляд. Неужели именно так я выглядела для других в своей форме сирены?
«Не знаю. Я просто… пришла сюда», сказала она.
«Отлично». Так что никто из нас не понимал, почему нас потянуло сюда.
Вода над нами покрылась рябью, и образовался водоворот с широкой частью воронки на поверхности. Он закружился и опустился прямо перед нами, а затем снова поднялся, показав нам Серену. Она была в своем русалочьем обличье, ее великолепный хвост почти доставал до морского дна, но на лице у этой Серены было выражение королевы-воительницы. Из-под нахмуренных бровей ее проницательный взгляд метался между мной и мамой.
«Я призвала всех морских сирен, и остались только вы двое. Я молилась, чтобы это было не так, но я должна была знать наверняка».
Конечно, в этом был смысл. Нас тянуло к Серене, нашей королеве. Она была Матерью Сирен. Невозможно было противиться ее зову. Мы бы сделали все, о чем бы она нас ни попросила.
«Мне нужно, чтобы вы защитили его, пока я буду сражаться с Бастианом. Позаботьтесь о нем и отнесите в безопасное место, чтобы я могла сосредоточиться на уничтожении этого ублюдка».
Она махнула рукой, показывая Беллами, заключенного в гигантский пузырь. Его глаза были закрыты, черные волосы резко контрастировали с мертвенно-бледным лицом, а темно-красное пятно крови на груди, не тронутое водой вокруг, — это была картина, которую я не хотела видеть. Но нам было поручено охранять его, и для этого мне не требовался приказ королевы сирен.
Мы с мамой подплыли к телу Беллами и встали по обе стороны от него, понимающе кивая. Серена больше ничего не сказала, но устремила взгляд на темную тень, маячившую на поверхности воды вдалеке. Я предположила, что это корабль Бастиана. Серена направилась к нему, но остановилась, чтобы оглянуться на нас в последний раз, поскольку она полностью доверила нам тело своего возлюбленного.
Я, не теряя времени, попросила маму помочь мне вытащить Беллами на поверхность. Я не могла придумать для него более безопасного места, чем у Майло. Я воспользовалась своим песенным призывом, чтобы рассказать Майло о том, что происходит, и чтобы он планировал встретиться с нами на берегу.
Мы поплыли, держа Беллами за руки, стараясь не нарушить его безмятежного вида. На берегу нас ждал Майло, которому удалось воссоединиться с Ноем и МакКензи. Мы передали Беллами им, и они вместе положили его на песок.
Мы старались держаться подальше от посторонних глаз, так как вся сторона форта, обрывающаяся в море, очевидно, привлекла внимание местных жителей и властей. Устроившись в уголке подальше от мигающих синих огней и полицейской ленты, мы позаботились о том, чтобы никто не увидел, как две русалки с мертвым телом встречают своих друзей на берегу.