– Так он умер? Ваш враг?
– Вполне вероятно, – ответил Эльдорадо. – Если только он не нашел кого-то, кто принял за него его смерть.
– А это возможно? – удивился Дебри.
– Ты только что принял мою смерть, так чего спрашиваешь? – ответил Эльдорадо.
– Но я ведь все еще жив! – воскликнул Дебри.
– Я вижу, что ты жив, – согласился Эльдорадо. – Но ты уверен, что ты все еще ты?
– Опять не понял, – вздохнул Дебри.
– Поймешь, – вздохнул Эльдорадо. – Со временем. Когда перестанешь думать.
– Как? – спросил Дебри.
– Сейчас это неважно, – Эльдорадо решил свернуть разговор. – Скажу лишь, что в терминах Кастанеды ты только что потерял свой Икстлан.
– Мое что? – спросил Дебри.
– А я свой давно потерял, – рассмеялся Эльдорадо. – Хотя в данный момент мы сидим в самом его центре. Дебри, обещаю, что рано или поздно ты все поймешь. Но сейчас посиди здесь еще минутку. Раз уж я здесь, мне нужно нечто совершить. А ты сиди тихо и не мешай.
Скупая слеза мастера смерти
И вдруг наступило светлое майское утро. Ветерок шевелил листья деревьев, сквозь которые падали на землю солнечные лучи. Узор светотени играл с поверхностью земли в причудливые игры, так что даже казалось, будто весь мир колышется в такт ветру.
Дебри услышал скрип и увидел на полянке детские качели. От качелей к лавочке, где сидели Дебри и Эльдорадо, бежал маленький мальчик.
– Ой, сэр Эльдорадо! – воскликнул мальчик, остановившись перед ними.
– Привет, – ласково сказал Эльдорадо.
– А вы, правда, настоящий?! – восхищенно воскликнул мальчик. – А какой у вас меч!
– Да, я настоящий, – улыбнулся Эльдорадо. – Я самый настоящий из всего, что ты видишь. Всегда помни об этом.
– Да я помню, – ответил мальчик. – Слушайте, сэр Эльдорадо, я хочу быть как вы, когда вырасту!
– И будешь, – ответил Эльдорадо. – Уверяю, будешь. Просто верь в себя и не слушай, что тебе будут говорить другие.
– Спасибо, сэр! – мальчик все еще восхищенно смотрел на Эльдорадо, но ему явно хотелось бежать дальше, к новым приключениям – а в детстве приключением становится все: пробуждение ранним утром, новый цветок на поляне, новая щель в старом потолке, новый оттенок в звуке скрипа качелей…
– Ну, я побегу! – извиняясь, сказал мальчик. – Нельзя оставлять мир без присмотра. А вдруг они опять что-нибудь испортят.
– Беги, – кивнул Эльдорадо. – Беги.
Мальчик убежал, а Эльдорадо долго смотрел ему вслед, пока майское утро не исчезло. И только тогда Дебри заметил, как по щеке Эльдорадо стекает одинокая слеза.
– Что это было? – в сотый раз за эту ночь спросил Дебри.
– Никогда не делай этого, Дебри, – ответил Эльдорадо, быстро смахнув слезу. – Никогда не делай этого.
– Чего не делать? – спросил Дебри.
– Поймешь, когда сделаешь, – ответил Эльдорадо.
– А это как? – спросил Дебри. – А, кажется, понимаю.
– Ну, вот и все, – сказал Эльдорадо. – Если еще будут вопросы, посмотри фильм «Револьвер». Мне помогает.
Автобус Вечности
Эльдорадо резко встал с лавочки, вышел на узкую пыльную дорожку, ведущую к зеленому домику, скрывавшему Врата, и взмахнул рукой, будто голосовал на шоссе.
Как ни странно, послышался шум, и на дорожку из соседнего двора вырулил большой старый автобус. Удивленный Дебри встал рядом с Эльдорадо и во все глаза смотрел на этот автобус – в нем было что-то такое знакомое…
Автобус остановился точно перед Эльдорадо. Скрипнула, открываясь, дверь.
– Пошли, Дебри, – сказал Эльдорадо. – Это Автобус Вечности, я тебе о нем говорил.
Они залезли в полупустой автобус, Эльдорадо перебросился парой слов с водителем. Дебри водителя не разглядел – спина сэра Эльдорадо надежно закрывала водительскую кабину. Дебри только расслышал:
– За проезд!
– У меня проездной, – улыбнулся Эльдорадо, показав что-то водителю.
– Ха! – воскликнул водитель. – Проездной в Вечность! Ладно, садитесь.
Эльдорадо подтолкнул Дебри к свободному креслу у окна.
Дверь со скрипом закрылась, автобус попятился назад, с трудом развернулся в узком дворе, еще немного попетлял по лабиринту тесных закоулков и, в конце концов, выехал на нечто, отдаленно напоминавшее дорогу. А дальше ландшафты замелькали с такой скоростью, что Дебри отвернулся от окна.
– Я выйду первым, – сообщил Эльдорадо. – А ты дождешься, когда водитель объявит Нью-Йорк. – Не волнуйся, он обязательно объявит. Да и ты узнаешь родные места.
– Хорошо, – сказал Дебри. – Ой, лес за окном. Прямо, как в Канаде. Ой, а теперь пустыня… что это за автобус, сэр?
– Автобус Вечности, – ответил Эльдорадо. – Перевозит людей и других существ из мира в мир. Писака как-то попробовал написать о нем повесть – и сошел с ума.
– Еще сильнее? – спросил Дебри.
– Угу, – кивнул Эльдорадо. – И тогда мы с писакой решили заняться тобой.
– Мной? – спросил Дебри.
– Твоя история должна была начаться с Автобуса Вечности, – ответил Эльдорадо. – Но что-то пошло не так, и она началась иначе. А теперь, когда что-то из того, что нарушилось, наконец, хотя бы временно пришло в норму, я решил – а почему бы не закончить Автобусом Вечности? Такой конец ничем не хуже героической белиберды вроде: «Джон Дебри победил всех своих врагов во всех астральных битвах и жил долго и счастливо до конца своих дней». Кроме того, мне все равно нужен этот Автобус, чтобы переместиться из Ниоткуда в Никуда.
Тут автобус остановился. Один человек, сидевший впереди рядом с водителем, вышел в жаркое южное лето и направился по тропинке к горам мимо указателя с надписью «Дольмены» и стрелкой.
– Счастливчик, – вздохнул Эльдорадо, провожая взглядом неизвестного путника. – Будет сидеть в лотосе на месте силы и сутками ловить глюки. Эх, как бы я сейчас хотел этим заняться!
– А почему вы не можете? – спросил Дебри.
– Работа у меня такая, – ответил Эльдорадо. – Хорошо, хоть бесплатный транспорт предоставляют!
И Эльдорадо расхохотался, вспомнив о том, что такое «проездной в Вечность».
До следующей остановки они молчали. Автобус сменил множество пейзажей. Менялась форма Автобуса, салона, сидений, рекламных объявлений на стеклах.
Великолепие
На следующей остановке мир вокруг был синим или, скорее, даже голубым – цвета утреннего неба.
– Проводи меня, Дебри, – попросил Эльдорадо.
Удивленный Дебри встал с кресла и вместе с Эльдорадо направился к двери. Впервые Эльдорадо его о чем-то просил. Дверь со скрипом открылась, и Эльдорадо сошел на тротуар. Вокруг не было ничего. По крайней мере, ничего примечательного. Лишь вдалеке виднелось что-то невероятно грандиозное и настолько прекрасное, что хотелось упасть на колени и благодарить небо за то, что оно позволило глазам увидеть такую красоту.
Дебри не стал спрашивать, что это. Все равно сэр Эльдорадо не сумел бы объяснить так, чтобы он понял. Но сэр Эльдорадо объяснил. Возможно, лишь потому, что Дебри не спрашивал.
– Кастанеда однажды описал, как он упал, не в силах добраться до края великолепия, – сказал Эльдорадо. – А я в последнее время замечаю за собой, что я стал до ужаса похожим на Кастанеду. Вон там – мое великолепие. И я упал без сил, не сумев добраться до его края. Чуть-чуть. Хочу попробовать еще раз. Слишком много зависит от того, получится ли у меня.