- Вечером все в силе? - глаза парня полны надежды, и я не хочу его разочаровывать.
- Конечно, - оставляю на губах брюнета робкий поцелуй.
- Это, наверное, за тобой.
Перевожу взгляд на вход и замечаю Попова, двигающегося в нашу сторону.
Что он здесь делает?
Я думала, что на встрече будет только Шеминов. Присутствие всех импровизаторов только усугубляет сложившуюся ситуацию.
- У тебя такой вид, словно ты сейчас не с парнем своим была, - Попов всегда знает, чего не надо спрашивать. Знает и всегда произносит вслух.
- Не нагнетай, - шепчу я другу и подобно влюбленной машу рукой вслед уезжающей машине молодого человека.
Попов уверенно расхаживал по серым офисным коридорам и о чем-то бурно рассказывал, но все слова пролетали мимо моих ушей.
- Парни уже тебя заждались, - самое главное я все же услышала.
- А я думала, что сегодня встречусь только со Стасом.
Попов громко смеётся и кладет руки на мои плечи и подобно рулевому направляет меня в сторону офиса.
- Это говорит только о том, как мало ты о нас знаешь. Стас никогда не бывает здесь один. Знаешь, какое количество талантливых людей трудится над нашим проектом?
- Видимо, сейчас узнаю.
По коридорам эхом разносился мужской смех, и я не раз задумывалась о правильности своего решения.
- Ребят, смотрите, кого я вам привел, - Арсений вел себя как всегда уверенно. Он впустил в меня в комнату, и мужской гул в ту же секунду стих.
Попов пытался представить мне всех участников процесса подготовки шоу, но я замечала лишь одного.
Антона сидел у окна и старательно делал вид, что в его телефоне находится самая важная информация, требующая полного его внимания. В горле пересохло, и я, казалось, забыла, как дышать. Как бы я не пыталась, но все ещё не привыкла видеть его в своей жизни так часто.
- Шастун, будь джентльменом и поздоровайся с дамой, - мужчина по имени Дмитрий Журавлев пытался быть милым, но только больше поставил меня в весьма неудобную ситуацию.
Шастун отрывает взгляд от экрана, но все ещё не смотрит на меня. Парни занимаются своими делами и не замечают, как блондин буквально борется с самим собой, а затем, натянув на лицо маску доброжелательно, произносит:
- Приветствую тебя в нашей команде.
- Слишком палевно, - шепчет Матвиенко и получает от меня ударом локтя.
- Посмотрите на нее, - Арсений вступается за друга, - и пяти минут не прошло, а она уже наших звёзд присует.
Знакомо чувство, когда ты практически каждую секунду желаешь убить своего друга? Да? Тогда вы точно понимаете, как иногда тяжело общаться с Арсением Поповым.
- Так, - Стас вышел в круг, и все притихли, - все знают, что до съёмок остаётся чуть меньше двух недель, поэтому сейчас нас ждёт подготовка, тренировки, технические вечеринки. Также у вас запланированы съёмки и в других проектах, и рекламных роликах. Знаю, как вся эта медийность достаточно плохо влияет на вас, но вы же взрослые люди, поэтому держитесь и помните, что теперь к вам в нагрузку ещё Ира. Знакомьтесь, Ирина Кузнецова, новый член нашего дружного коллектива. Она будет писать книгу о нашем шоу, поэтому будьте с ней вежливыми и искренне отвечайте на любой ее вопрос.
Все, не отрывая глаз, внимали слова продюсера и послушно кивали. Я не могла сдержать улыбки, вспоминая всю эту компанию несколько минут назад. Подобно школьникам, они буквально “стояли на ушах”, и новая участница коллектива, казалось, была единственной, кто их волновала. Но сейчас передо мной сидели не мальчики, а мужчины, которые знали, ради чего они здесь.
- Ирин? - оказывается, я прослушала вопрос и теперь сижу как дура, испуганно всматриваясь по сторонам.
- Прости, я… Это… - запинаюсь и слышу, как несколько парней уже пустили несколько шуток в мою сторону. Антон сидел рядом с ними и все слышал, но ни один его мускул не дрогнул. - Я немного потеряла нить разговора.
- Сконцентрируйся, пожалуйста.
Что может быть хуже, чем опозориться в первый же день? Правильно, ухмыляющийся Антон Шастун по соседству.
- У тебя есть идеи насчёт книги? - повторяет вопрос продюсер, и все взгляды вновь устремлены на меня.
- Прямо сейчас? - голос продолжает дрожать, и я судорожно вспоминаю все прослушанные тренинги по выступлению на публике.
- Ир, - настороженно произносит Арсений и касается рукой моего плеча, - не пугай меня так.
- В моей голове сейчас крутятся несколько идей и трудно выбрать определенную стратегию и…
- Расскажешь? - Стас старается говорить приятным баритоном, но я чувствую, как он напрягается.
- С одной стороны, мне хочется, и я считаю, что многим фанатам будет интересно прочитать про историю зарождения шоу. Кто чем занимался, как пришла идея, как вы притирались друг к другу, какие были первые импровизации, ваши репетиции. Ее можно написать, так сказать, в биографическом стиле. Но с другой стороны, мне кажется, будет достаточно интересно, если к тому же написать о жизни. Ну, не просто факты, что и как было, а с диалогами, ссорами. Можно взять определенный фрагмент: неделя съёмок, или тур, или все вместе в двух частях. И ещё, мне кажется, фанатам понравится идея прочитать биографии импровизаторов. Да, я понимаю, что вся информация итак есть на просторах интернета, но здесь она будет из первых уст со всеми подробностями. И я не знаю пока, как все это уместить в одну книгу. Можно, конечно, все делать по разделам, тематически все поделить, но… Надо думать.
- А если выпускать как серию книг? - Антон подаёт идею, которую я боялась озвучить.
Договор с Шеминовым был подписан на одну книгу, а не несколько.
- Хорошая идея, Шаст, - в секунду у Стаса поднялось настроение, - Ир, тогда подумай, как это все оформить, и скоро начнем. И тогда к началу съёмок будем реализовать твою идею.
Подумай, как ты будешь фиксировать происходящее, чтобы лишний раз не мешать парням.
- Да, конечно, - неожиданно почувствовала себя снова в школе, и чувство оказалось не из самых приятных.
В то время, когда комики обсуждали и просматривали выступления зарубежных импровизационных команд, я устроилась в дальнем уголке на мягком пуфике с блокнотом, где обычно записывала и даже зарисовывала все приходящие в голову идеи. Так случилось и на этот раз.
Прекрасно осознавая, что идеями книжных обложек будут заниматься специально обученные люди, я не смогла удержаться, делая на потёртых бумажных листах наброски. С вдохновением, так сказать, не поспоришь.
- Не знал, что ты ещё и художник, - от неожиданной близости Шастуна я буквально перестаю контролировать собственное тело и роняю блокнот к ногам блондина.
Импровизатор улыбается своей милой, ещё юношеской улыбкой, и меня пронзает неприятное сводящее с ума ощущнение внизу живота. Стискиваю зубы, подавляя внутри все эмоции и чувства, которые этот человек вызывает только своим присутствием. Наклоняюсь, стараясь как можно быстрее вернуть свой блокнот, но парень меня опережает.
- Ир, у тебя действительно талант, - блондин с интересом рассматривает набросок и, не спрашивая разрешения, переводит своё внимание и на другие листы.
- Отдай, - голос звучит грозно, в то время как я на самом деле практически вжалась в сидение.
- Ой, да что тут такого. Я же должен узнать о всех твоих возможностях, раз ты пишешь обо мне книгу и…
- Во-первых, - встаю резко и вырываю из рук парня блокнот, чувствуя, что он вот-вот дойдет до страниц, где я часами выводила знакомы черты его лица, его улыбку. - Как ты и сам выразился, я пишу книгу, а не рисую.
- А во-вторых, - Антон вновь улыбается, и кисти рук, которые ещё мгновение назад вцепились в блокнот, теперь начинают дрожать.
- А во-вторых, я пишу книгу не о тебе, а о вашем шоу. Не знаю, как ты все представляешь, но ты в нем не один.
Блондин продолжает улыбаться, но я чувствую, что что-то в его обороне изменилось.
- Я, кстати, подошёл извиниться, - голос комика звучит спокойно, и, увы, он знает, как заинтересовать девушку. - За то, что предложил свою идею. Я знаю, это твоя книга, и я не хочу вмешиваться или мешать. Так что, если я сегодня перешёл черту, ты только скажи, и я больше никогда так не поступлю.