Инженерное оборудование боевых порядков проводилось до занятия огневых позиций артиллерией. В этот же период проходила топографическая привязка элементов боевых порядков силами разведдивизионов. Пристрелка была запланирована на несколько дней. Это делалось с целью маскировки готовящейся операции. На огневые позиции для пристрелки выводилось только по одному орудию от батареи. И лишь после окончательно произведенной пристрелки артиллерия усиления занимала свои боевые порядки. Эти мероприятия дали возможность скрытно от противника произвести подготовку артиллерии к операции.
К началу наступления в 4-м Украинском фронте имелось 215 танков и самоходно-артиллерийских орудий. Наибольшее количество танков имела 38-я армия — 134, так как в полоса действий этой армии применение танков было наиболее возможным. В 1-й гвардейской армии горные условия местности не позволяли использовать самоходно-артиллерийские полки в одном направлении, поэтому танки и САУ, которых в армии было 42, использовались как орудия сопровождения и с этой целью побатарейно придавались стрелковым частям и подразделениям. В 18-й армии 39 танков и САУ могли действовать на одном направлении — вдоль западного берега реки Гернад.
В период подготовки к наступлению инженерные войска занимались главным образом дорожно-мостовыми работами: строили новые грунтовые дороги, улучшали существующие дороги и мосты. Поскольку в наступательной операции войскам предстояло форсировать много водных преград, инженерные части большое внимание уделяли изготовлению элементов мостов и переправочных средств.
В подготовительный период в 1-й гвардейской армии проводились мероприятия по оперативной маскировке. С целью скрытия направления главного удара была организована и проведена ложная подготовка к наступлению на значительном расстоянии от места действительного удара. В число мероприятий оперативной маскировки вошли ложная работа радиостанций, которые по установленному плану вели передачу и прием в течение круглых суток; организация на переднем крае ложной офицерской разведки в составе двух офицерских групп, в течение нескольких дней полускрытно работавших в определенном районе; имитация сосредоточения пехоты разведением небольших костров в полускрытых от противника районах (лес, кустарник) в радиусе до 1 км с постепенным увеличением количества костров; ложное сосредоточение артиллерии, всего до шести дивизионов в разных районах; оборудование ложных огневых позиций на 12 батарей и ложная пристрелка целей орудиями всех калибров не менее двух-трех раз в течение двух-трех дней; специально организованное на определенных участках движение в ночное время автотранспорта в составе пяти-шести автомашин с периодическим включением фар; имитация инженерных работ по оборудованию наблюдательных пунктов, по отрывке траншей, окопов, оборудованию подъездных путей. Все это привело к тому, что противник в начале января усилил разведывательные действия на участке ложной подготовки и увеличил активность артиллерии.
Был проведен и целый ряд других мероприятий в целях лучшей организации наступления. В подразделениях выделялись сигнальщики-ракетчики; для наведения самолетов на цель в ротах назначались пулеметы с трассирующими пулями; для этой же цели в батальонах и полках, а также в батареях прямой наводки было выделено по одному миномету и орудию с дымовыми минами, дымовыми и трассирующими снарядами.
В частях и подразделениях велась большая партийно-политическая работа. Политорганы, партийные и комсомольские организации всеми формами и методами стремились помочь командирам всесторонне подготовить личный состав к предстоящим боям. При этом особое внимание уделялось изучению опыта войны в горах, укреплению дисциплины, усилению бдительности.
В полках и дивизиях было немало бывалых фронтовиков, которым пришлось воевать в горах Кавказа и Крыма, преодолевать Восточные Карпаты. Это были авторитетные для молодежи солдаты, сержанты и офицеры. На собраниях, слетах и просто в товарищеских беседах они передавали свой опыт молодым воинам, учили их солдатской смекалке и хитрости, особенно необходимым в горном бою.