Жизнь покинула некогда прекрасного дракона, но тьма, свившая гнездо внутри его тела не собиралась так просто сдаваться. Вся та злоба и ненависть, что пришла в этот мир вместе со скверной, вырвалась наружу, породив взрыв.
Все кто стоял в радиусе сотни шагов — упали, двухсот — пошатнулись, но все они ощутили, как нечто значимое случилось.
Порождения тьмы, что совсем недавно сражались и готовы были умереть — побежали. Бежали они не оглядываясь, будто дикие звери от лесного пожара.
Прорвавшийся через ликующи войска Брайс Кусланд, подбежал к своему сыну. Откинув забрало, он всмотрелся в его бледное лицо. Горькие слёзы скопились в углах глаз старого тейрна, ведь он знал., что сейчас произошло. Но стоило первой слезинке упасть на залитый чёрной кровью панцирь, как Айдан закашлял.
— Он жив! — прокричал счастливый отец.
Что было после победы — я помнил смутно, да и саму победу тоже. В один момент по миру пронеслась волна силы, и порождения тьмы бросились бежать. Смотря им в след, защитники Денерима недоумённо переглядывались, ведь ещё немного и они бы прорвались на южный берег, сокрушив последние заслоны.
Посмотрев на мир глазами Азгероса, я понял, что предначертанное случилось — архидемон мёртв.
— Мы победили, — прохрипел я, и сел там, где стоял.
Сказанное мной не сразу дошло до окружающих, но когда они поняли о чём я, то возликовали. От их криков у меня разболелась голова, но я готов был простить им это неудобство.
Что было потом, я помню урывками: вот меня куда-то несут и снимают доспехи, вот я на короткий миг открываю глаза и снова проваливаюсь в сон, успев заметить знакомое лицо.
Окончательно пришёл в себя я в светлой комнате, ощущая кончик хвоста Азгероса на груди. Как оказалось, фамильяр мирно спал у меня в ногах. Рядом же сидела Нерия, что как только заметила моё шевеление — отбросила книгу, что читала.
— Эрик, ты, наконец, очнулся! — её объятья были приятны из-за искренности.
— И сейчас снова засну из-за недостатка воздуха, — немного сдавленно произнёс я.
— Да, прости, — тут же нашлась она, — я не подумала.
— Всё в порядке, лучше скажи, сколько меня не было и что произошло?
— Многое, — с лёгкой грустью в голосе, ответила она, — но самое важное, что мы победили. Архидемон мёртв, а Мор закончен.
— Это я и сам видел, давай лучше к подробностям.
Рассказ Нерии был наполнен яркими эмоциями и эпитетами, но основные моменты я вычленить смог. Провалялся я в кровати почти неделю, раздачу наград — пропустил, зато объявлен героем Денерима. Из плохого… плохого было не меньше чем хорошего, а может даже больше.
Во-первых, пусть большинство мирных жителей и пережили осаду, но многие из них заразились скверной и в ближайшее время умрут. Как оказалось, скверной теперь заражены все предместья Денерима и большинство источников воды, когда всё вернётся в норму — неизвестно. Второй плохой новостью стало то, что лишь десятая часть защитников города, вместе с которыми я сражался бок о бок три дня, выжила. Часть погибли в бою, часть от ран после боя, и огромное количество от всё той же скверны, содержащейся в каждой капли крови порождений тьмы. Ну и последней плохой новостью стало то, что всех вольных магов, включая Хоуков, что участвовали как в защите города, так и войне с Мором в целом, схватили храмовники и готовятся их казнить как отступников и еретиков.
— Подожди, они действительно собираются это сделать⁉ После всего того, что они сделали⁉ А что об этом думаю Алистер и Айдан, они же вроде как герои и те, кто сразил архидемона и к их мнению должны прислушаться!
— Не знаю, — пожала плечами эльфика, — я ни разу с ними не говорила с тех пор, как мы попали во дворец. Слуги говорят, что его величество и его светлость слишком заняты, чтобы принять меня.
— То есть, как? Их что, заперли в покоях, или подчинили магией крови, раз они не могут и минуты найти для помощи соратникам?
— Не знаю, — грустно улыбнулась она, — перед народом и армией они выступают постоянно, но только под охраной.
— Понятно, — прочувствовав своё тело, я убедился, что полностью здоров, — где там мои вещи?
Если бы Алистер знал, что быть королём — это столь сложно, он бы никогда не согласился им стать. Остался бы простым Серым Стражем, сражался бы с порождениями тьмы и думал только о том, как не умереть в следующем бою. А теперь… в одно ухо что-то говорит Эамон, в другое его новая супруга, доставшаяся по наследству от «брата». Единственное, что спасало, так это осознание того, что страдает он не один. Айдан тоже чахнет над бумагами с законами и пытается наладить жизнь в наполовину разорённом королевстве.