Беспокоила только пассивность магов огня, что так и ни разу не покинули своей часовни, но, по словам Хенвальда, это было их обычное поведение.
Закончив с текущими делами и более-менее вникнув в жизнь Старого Лагеря, я решил проинспектировать Старую Шахту, от которой зависела жизнь всей колонии. Не пытаясь стоить из себя скромника, я, с небольшой свитой присягнувших мне северян, выехал из главных ворот замка на фантомных скакунах. Вид кавалькады всадников привёл большинство бездельничающих каторжан в благоговение, ведь последний раз лошадь здесь видели сразу после возведения Барьера.
На четвероногом транспорте пересечь не такую уж большую Долину Рудников не заняло много времени, так что выехав с рассветом, на месте мы оказались менее чем через два часа.
Около входа в шахту виднелись грубо сколоченные укрепления, что скорее были предназначены для отражения удара изнутри, чем сдерживание нападающих извне. Несколько покосившихся деревянных вышек, частокол с видимыми зазорами, да перекошенные ворота, под которыми без особых проблем пролезет средний человек. И тут придётся поработать.
Стоило нам проехать через ворота, как из тьмы шахты вышла небольшая делегация: щуплый мужчина в доспехе призрака, здоровяк в латной броне и с внушительным мечом за спиной и действительно мощный старик, что подслеповато щурился, пытаясь рассмотреть меня.
— Ты, как я понимаю, новый пахан в Лагере? — первым вперёд вышел латник.
— Да, ярл Эрик Крылатый Меч, а ты, как я понимаю Асгхан, главный стражник в шахте?
— Верно, слежу за тем, чтобы теперь уже твоих шахтёров не сожрали ползуны, — с вызовом посмотрел он на меня.
— Похвально, как разберусь с делами, мы ещё поговорим и о ползунах, и о твоей работе, — наша дуэль взглядов продлилась недолго, через несколько секунд он отвёл глаза, — а ты, — обратился я к щуплому мужчине, — как я понимаю — Ян.
— Да, отвечаю за всё, что приходит и выходит из шахты, — этот соотечественник Диего рассматривал меня скорее оценивающим взглядом.
— Значит, нам с тобой предстоит обстоятельный разговор, — кивнул ему я, — а ты? — посмотрел я на продолжающего щуриться мужика.
— Граймс я, ваша милость, — изобразил он что-то вроде поклона, — лучший шахтёр во все долине.
— Понятно, если это действительно так, то нас с тобой ждёт отдельный разговор, — тут же оценил перспективы обучения новичков я, — и раз уж вы пропустили празднование в лагере, я привёз вам небольшие подарки.
Дав знак свите, я с удовольствием наблюдал за тем, как меняются лица вышедших меня встречать от вида и запаха презента.
— Думаю, Ян справится с распределением этого дара между всеми работниками шахты, а пока, пройдём внутрь, мне хотелось бы осмотреть свои новые владения.
Загипнотизированные шедеврами замковых поваров, никто не стал мне перечить, и мы направились внутрь.
Внутри было… привычно, во всяком случае, недалеко от входа: спёртый воздух, слабое освещение и устойчивый запах пота. Мне полутьма не слишком сильно мешала из-за особенностей глаз, но вот как тут что-то могли рассмотреть обычные люди, я не понимал, впрочем, тут, возможно, дело привычки.
Войдя же в саму шахту и попросив духа земли оценить её состояние, я едва не взвыл благим матом. Да работающие здесь шахтёры, рубили породу, вообще не задумываясь ни о чём. Дух земли, едва закончил сканирование, чуть ли не прямым текстом потребовал, чтобы я отсюда убирался. Подойдя к краю шахты, я посмотрел вниз, где при слабом освещении сотен фонарей работали десятки шахтёров, продолжая ослаблять стены шахты.
— Красиво, да? — вывел меня из ступора голос Граймса, что встал рядом.
— Красиво⁉ — не выдержал я, — Вы хоть понимаете, что вся шахта может рухнуть в любой момент⁉ Великие Боги, да вы только чудом ещё живы!
— Эм, но всё же нормально, — сконфужено произнёс Ян, услышав мою экспрессию, — мы подпорки ставим, и…
— Да при чём здесь подпорки! Центральный ствол едва держится, вон там, — указал я на участок стены немного правее и на десять метров ниже, где работали трое шахтёров, — осталось всего с десяток метров до подземной реки! А вот он, — указал я на хлипкого парнишку, работающего рядом с входом, — вообще пробивается к полости с какой-то живностью!