Эманации тьмы и зла здесь ощущались весьма отчётливо, как будто тот, кого здесь призывали, был как минимум архидемоном. Попытавшись понять, что именно здесь произошло, я лишь удручённо развёл руками, слишком давно был произведён призыв, все его следы истлели в потоках времени. Единственным источником информации, что сохранился с тех времён, оказались фрески на стенах.
Если я всё правильно понимал, то было всё так: в долину, где уже многие века обитали орки, пришли люди. Люди эти резали орков и те ничего не могли им противопоставить. Тогда пятеро сильнейших шаманов решили призвать могучего защитника, принеся ему в жертву свои сердца. Божественный защитник явился на их зов и принял жертву, после чего орки сокрушили людей. Вот собственно и всё.
Фреска дала много информации для размышления, в том числе о том, кого именно орки вызвали на помощь. Насколько я помню из разговоров с местными, орки поклоняются Белиару, воплощению тьмы, зла и ветра в этом мире, а значит, призвали кого-то из слуг повелителя зла. Если это действительно так, то мои догадки об архидемоне могут оказаться не так далеки от реальности, как хотелось. Жаль только, что история на фресках обрывается победой орков, и нет ни слова о том, что произошло дальше. Хотя, и это даёт одну полезную наводку, если орки, живущие в долине, потомки тех, кто призвал демона для борьбы с людьми, то они могут что-то о нём знать. Осталось только поймать и допросить одного из них, желательно шамана или вождя, но потом, сначала надо закончить изучение пещер.
Выйдя из гробницы, я с удивлением отметил, что на улице уже стемнело. Учитывая, что вошёл я внутрь пещеры сразу после полудня, то сколько же времени я там провёл? Впрочем — неважно. Надо возвращаться в Старый Лагерь и передохнуть, всё равно искать что-то в кромешной темноте — гиблая затея.
— Господин, господин, — пыталась растолкать меня Маришка, — вы сами просили разбудить вас с рассветом.
— Да-да, уже встаю, — сладко потянувшись, я открыл глаза, — долго пыталась меня растолкать?
— Несколько минут, — потупила взгляд она, начав мять белоснежный передник.
— Эх, надо было сразу ложиться, а не делать заметки, — выбравшись из кровати, я привычным усилием очистил себя и тут же призвал одежду.
Пройдя мимо личных служанок, я проверил, не тревожил ли кто сигнализацию ночью и спустился вниз. Заранее предупреждённые повара уже закончили приготовление завтрака и выставили передо мной дымящиеся тарелки. Только ради этого стоило взваливать на себя весь этот ужас с управлением, спать на удобной кровати и не заботиться о готовке всегда лучше, чем ночевать в лесу и давиться солониной или жареной дичью.
Закончив с трапезой, я вышел во внутренний двор замка, где как раз возвращался в казармы ночной караул. Ударив кулаками по груди, «доблестные» стражники продолжили свой путь, а я заметил того, кого никак не ожидал в столь ранний час. Диего увлечённо общался о чём-то с Мильтеном.
— Горн наш друг и…
— Доброго вам утра, господа призраки, — из-за их увлечённости удалось подобраться к ним незамеченным, — что обсуждаете?
— Ничего, ярл Эрик, — тут же нашёлся Мильтен, что не только выполнял для меня некоторые поручения, но и с недавних пор начал учиться чувствовать собственную ману, — просто…
— Насколько я помню, — продолжая нависать над ними, я переводил взгляд с одного призрака на другого, — Горном зовут одного из наёмников Ли, и что же такое он вам сообщил в этом письме?
Диего и Мильтен замолчали, начав бросать друг на друга многозначительные взгляды.
— Наш друг советует не выходить из лагеря ближайшие несколько дней, — первым не выдержал Диего, — после нападения на Новый Лагерь, многие воры и наёмники хотят отомстить и готовят нападение на Старую Шахту.
— Вот оно как, — протянув руку, я получил письмо, с которым сразу ознакомился, — понятно, значит, охрану шахты стоит дополнительно усилить.
— Понимаете, Горн не хотел ничего плохого, просто предупредить нас и всё, он…
— Я тебя понял и, если он не будет участвовать в нападении, то ничего с ним не случится, — заверил я Мильтена, — да даже если он будет среди нападавших, смерть ему точно не грозит, — поймав вопросительный взгляд молодого парня, я кивнул на Диего, — если захочет, он всё тебе объяснит. Ладно, разбирайтесь со своими делами сами, а мне пора.