Вид того, как метеоритные дожди превращают все найденные деревни орков в смесь обожжённой плоти и мелкого щебня, добавили мне авторитета. Следующим пунктом стала тщательная зачистка храма Крушака, с выносом всего ценного из него. Маги заинтересовались необычными рунами, каторжане красивыми украшениями и бесполезным сейчас золотом, а вот я вытащил из-под земли великолепный меч какого-то паладина и пять фонящих тёмной магией клинков. Изучив трофеи и фрески храма, стало понятно предназначение тёмных клинков: они были нужны для уничтожения якорей, коими стали сердца шаманов, призвавших демона. Вот только была одна проблема, чтобы добраться до этих сердец, нужно было подойти вплотную к архидемону, что мне никак не удавалось.
Тогда, посовещавшись с магами, было решено брать архидемона измором. Если не давать ему подпитываться от веры последователей и сократить число смертей под Барьером, а заодно заставлять его постоянно защищаться, то рано или поздно он ослабнет достаточно, чтобы к нему можно было подобраться. Пока этот план был единственным рабочим.
С тех пор началась планомерная осада демона, что пусть и очень медленно, но начала истощать его силы. Примерно в это же время случился инцидент, связанный с Болотным Лагерем. Несколько особенно сильно уверовавших в своего нового бога фанатиков, решили напасть на меня, когда я прогуливался по внешнему городу, инспектируя работу гильдий. Пятеро укурков, что принесли в лагерь новую партию болотника, без лишних слов достали мечи и дубины, и бросились на меня. Угомонили их быстро, но это стало причиной углублённого расследования.
Выжившие утверждали, что убить меня им приказал в видении сам Спящий. Последующий визит вежливости в Болотный Лагерь и вовсе превратился в форменное побоище. Особенно рьяные последователи Спящего кинулись на мою делегацию, стоило им её завидеть. Короткое расследование показало, что Спящий и Крушак, коему поклонялись орки, суть есть одно и то же, что и решило судьбу Болотного Лагеря. Всех, кто ещё мог сопротивляться влиянию архидемона, отправили восстанавливаться к магам огня, остальных же пришлось убить. Лишившись и этой подпитки, архидемон стал сдавать позиции ещё быстрее, но недостаточно.
Второй год под Барьером ознаменовался окончательным утверждением нового порядка, а заодно ростом предместий и укреплением ключевых постов в долине.
С предместьями всё было достаточно просто, так как меньше каторжников нам присылать не перестали, даже наоборот, места в шахтах на всех хватать перестало, а, как известно: праздные руки — инструмент дьявола. Вот я и приказал разбить огороды вокруг Старого Лагеря, где выращивались не только овощи, что шли в котёл, но и разные травы, что с удовольствием перерабатывали немногочисленные алхимики. Была ещё попытка разводить Падальщиков, лысых страусов с массивными клювами, на мясо и яйца, но животные оказались слишком тупы и проект пришлось свернуть.
На возведение укреплений меня подвигла недостаточная осведомлённость местных о горах на юге острова. После уничтожения всех поселений орков, что скрывались в южных горах, выжившие варвары начали не только устраивать постоянные нападения на моих людей, но и каким-то образом смогли связаться с сородичами, жившими по другую сторону Барьера. Их было немного, но их внезапные атаки приносили много проблем, а потому ключевые перевали и переправы, а заодно окрестности всех шахт вскоре оказались укреплены каменными крепостями. Полностью от нападения это не спасло, зато потери в людях стали минимальны, а шахты пополнились захваченными орками, что выполняли простую, но требовательную к физической силе работу.
Ещё одним достижением второго года, стало окончание переписки с его величеством Робаром II и утверждение нового перечня товаров для обмена. Заинтересованный увеличением поставок драгоценной руды и понимающий опасность архидемона, он согласился ещё больше увеличить поставки продовольствия и прочих товаров, в ответ же в Миртану потекли алхимические зелья и некоторые готовые изделия из магической руды. Больше всего его величество интересовали растения других миров, выращенные в долине, и немногочисленные големы, что я создавал под настроение. Король был доволен настолько, что даже даровал мне титул барона Миненталя.