— Не бойся, я сдержу обещание. Тебе понравится.
Он еще немного поднял края грации, почти до груди, открыв для ласк чуть округлившийся животик. За последние несколько месяцев вдали от привычной обстановки я позволила себе несколько набрать вес, который впрочем собиралась согнать сразу после возвращения в штаты.
Но Зака это видимо натолкнуло на другую мысль.
— Я хочу, чтобы ты родила мне сына, — произнес он, проводя рукой от груди по животу и устремляясь вниз, и вопросительно посмотрел меня снизу вверх, а потом оставил поцелуй прямо у края трусиков.
— Прямо сейчас? — ужас, что за бред я несу?
— А ты хочешь?
— Зак… Да… — выдохнула я и поняла, что действительно этого хочу.
— Для этого нам нужно кое-что сделать, — довольно произнес Зак и перестал оттягивать то, что он успешно оттягивал вот уже полчаса. Чувственной атаке его губ подверглось все мое тело — грудь, шея, живот, ноги, бедра и тот кусочек, который был скрыт черным атласом до того момента, пока Зак, легко подняв бедра, не стянул его.
Я забыла о боли, обиде и мести. Я забыла обо всем. Сейчас не было места страху. Он внезапно ушел, оставив место для желания. Сейчас я бы не испугалась даже самых страстных и горячих ласк. И уж совершенно не ожидая от себя, я попросила это вслух.
Услышав мою просьбу, Зак на мгновение завис, потом его лицо растянулось в торжествующей улыбке, а потом он был уже во мне.
Я ликовала. Ликовало мое тело и душа. Очевидно, он чувствовал то же самое. Потому что не торопился, но потом нетерпение все же взяло верх, и Зак полностью соединился со мной. От восторга и чего-то еще перехватило дыхание.
Он мой. Зак со мной. Нет других женщин. Он прилетел через океан, чтобы забрать меня, чтобы любить меня…
Дыхание вернулось с первыми ритмическими толчками. И восторг от первого проникновения сменился восторгом чувствовать Зака в себе. Ощущать его победное и ликующее движение внутри.
Дрожала кровать, тряслись стены. Казалось, весь отель содрогался от нашей любви. И когда наступила разрядка, и Зак с низким утробным звуком в последний раз пронзил мое тело, я не отпустила его и с наслаждением чувствовала, как теплая живонесущая масса наполняла меня и, возможно, достигала цели. И я тайно попросила, чтобы это было так.
Зак на несколько секунд замер, опустившись на меня и, наверное, слушал, как наши сердца бились в унисон. Потому что я — слушала. А потом, совсем чуть-чуть отстранившись, он посмотрел в мои глаза.
— А теперь расскажи мне.
Я все еще ощущала его в себе. Чувствовала, как его напряжение постепенно спадает. Взгляд Зака стал более нежным и умиротворенным, но оставался все таким же внимательным.
Я попыталась освободиться, но Зак не позволил. Его тело прижимало меня к постели, его руки преграждали любые пути к бегству. И я решилась на рискованную тактику — своей игрой мне нужно было обмануть актера. Зака. Человека, которому я не врала ни разу в жизни.
Глава 15
Заплатки
— Зак, любимый, — я ласково улыбнулась и прикусила его нижнюю губу. — Сейчас это не имеет никакого значения. Всё, что было раньше, осталось в прошлом. Ты приехал сюда, ко мне. Ты подарил мне столько своей любви, что я просто счастлива.
Его лицо озарилось улыбкой, но уже в следующую секунду он понял, что я вожу его за нос.
— Я люблю тебя, Кэти, — ответил он, не ослабевая хватку. — Но не смогу быть спокойным, пока не узнаю причин, которые заставили тебя оттолкнуть меня.
Он провел рукой по моей щеке.
Интересно, кто кого хочет обхитрить?
— Ты не можешь отрицать, что последний год был… иным. И нам обоим было трудно. И мне почему-то кажется… — Зак сделал паузу, — что ты знаешь, в чем причина.
— Зак, давай не будем об этом сейчас?
— Будем. И именно сейчас. Пока ты в моей власти. И пока не можешь от меня сбежать. И пока ты… удовлетворена, — закончил он после небольшой паузы и прижался губами к ямочке в основании шеи. — Расскажи мне, — попросил он.
Если бы Зак знал, как сильно на меня действует эта его простая фраза «Расскажи мне». Слова объяснения уже были готовы сорваться с языка, но новая мысль резко изменила настроение.
ЕСЛИ СЕЙЧАС ВСЕ РАССКАЖУ — Я ИСПОРЧУ ВСЕ ЭТО СЧАСТЬЕ.
Нам придется много объясняться. И вполне возможно, что мы снова поссоримся или пропасть межу нами снова станет больше. А если вина Зака начнет его угнетать? А если он начнет бояться прикоснуться ко мне?
Столько вопросов и беспричинное чувство вины заставили меня закрыть рот и с детским упрямством уставиться в переносицу Зака.
— Со мной все в порядке, — наконец произнесла я. — Не знаю, как ты, а у меня все чудесно… Может, все-таки встанем и позавтракаем?
— Нет, — его голос прозвучал жестко, глаза приобрели стальной оттенок. И он разъединил наши тела. Сразу появилось ощущение незавершенности. Словно из целого паззла достали один фрагмент. — Мы не встанем с этой постели, пока ты мне все не расскажешь.
— Ну как ты не понимаешь? — я начинала злиться от того, что больше не чувствую его в себе и от того, что он заставляет меня делать то, что я не хочу. — Рассказывать нечего. Все в порядке! Я рада, что ты здесь! Это утро было чудесным! И я люблю тебя! — последнюю фразу я сказала с открытой злостью.
Слова настолько не подходили к тону, что рассмешили не только Зака, но и меня. Спустя мгновение мы оба хохотали, скрючиваясь от спазмов смеха.
Хорошо, что он смеется, подумала я.
Это был замечательный момент, чтобы наладить отношения. Поэтому я приблизилась к нему и прижалась лбом к его лбу.
— Я очень тебя люблю. Правда.
И поцеловала его губы.
— Но нам, действительно, нужно идти.
Я уже собиралась встать с постели, но Зак удержал меня за запястье и вдруг совсем другим тоном произнес слова, которые мгновенно решили все мои (и, наверное, его) сомнения.
— Ты можешь не рассказывать мне все сейчас. Я уверен, однажды ты это сделаешь… А пока давай начнем с начала. С белого листа?
Я кивнула и вышла. До самолета оставалось не так много времени. Как раз чтобы привести себя в порядок, плотно пообедать, забрать гонорар и добраться до аэропорта. Этим мы и занялись.
Сквозь текущие дела я не могла не заметить поведение Зака. Он стал каким-то другим. Это было странно и непонятно. Потому что я не могла определить — что же именно изменилось.
День вообще был достаточно трудным и наполненным препятствиями. Начать хотя бы с того, что холл отеля и его окрестности атаковали десятки журналистов и репортеров. Все это напоминало какую-то дикость, животный мир. Не было никакой возможности спуститься в ресторан отеля, потому что журналисты лезли отовсюду. Охрана отеля их выгоняла, но все было тщетно. Выставили дополнительный пост охраны на нашем этаже. Обедать пришлось в номере.
Я не знала, как решать такие ситуации. Адама с нами не было, да и он никогда не работал с российскими журналистами и не знал законов этого рынка. В общем, мы оказались в ловушке и осознали это, когда подошли к дверям лифта и обнаружили там охранника.
Пришлось вернуться и сделать заказ в номер. Это было неплохо. Немного драйвово, опасно и забавно и настраивало на игривый лад.
— Почему-то мне кажется, — произнес Зак, — что своим приездом сюда я нарушил какое-то важное негласное правило и сделал то, что мне делать было нельзя… — его лицо стало задумчивым. — Не удивлюсь, если Адам разнесет меня в пух и прах, когда мы вернемся.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что это мой первый визит в Россию, и он получился каким-то скомканным, нераспланированным. Мне неуютно от этого… Наверное, мы должны были договориться об интервью с каналами и ведущими журналами через Адама еще в Америке, заказать здесь эскорт и охрану, взять мою команду, чтобы они все организовывали, и тогда нам бы не пришлось прятаться в номере и опасаться нападения журналистов… — он саркастично усмехнулся своему положению.