— Продаете или покупаете? — сразу отреагировал он.
— Присматриваюсь пока…
— А… — разочарованно протянул тот, окидывая Вашко пренебрежительным взглядом, и отошел в сторону.
— Есть хороший вариантец, — нашелся тотчас другой собеседник. — Пробег тыщ тридцать, ей бо… «Жигуленок» гаражный! Дефицитная тринашка — за девять сторгуемся…
Вашко не был готов к такому повороту дела.
— Дороговато… — нейтрально заметил он.
Мужчина пожал плечами и отвернулся.
Странно, но никакими настоящими продавцами на этой площадке, похоже, и не пахло. Побродив с полчаса у магазина, Вашко обнаружил неприглядную фанерную табличку, на которой было кривовато намалевано мелом: «Обезличка». Что это такое, Иосиф Петрович не знал и понял, лишь заглянув за пролом в заборе. Это, похоже, было именно то, что нужно. Контора располагалась за углом дощатого забора и угадать ее жилое состояние можно было лишь по легкому дымку, вьющемуся из трубы. За углом оказались распахнутые ворота.
По просторному двору, скучая, с ленцой передвигались редкие посетители — выбора не было: две-три ржавые, с пятнами краски малолитражки, один обгорелый остов от «Жигулей» да с десяток такого же старья, стоящего под навесом.
Около горелой машины стоял парень в болоньевой куртке. Вашко подошел и начал разглядывать кучу ржавого металлолома, из которого в разные стороны торчали горелые провода без изоляции, какие-то лохмотья пластмассы, кривобокие, странной конфигурации поскрипывающие от ветра железки.
— За один техпаспорт триста рублей ломят… — произнес молодой человек себе под нос. — А это сразу на свалку…
— Мда-а-а… — заметил Вашко, чтобы хоть как-то влезть в разговор.
— Сумасшедшее дело. Прицениваетесь? — он поднял голову и испытующе посмотрел на Вашко.
— Да как сказать… А кто ведает продажей?
— Да в конторе кто-нибудь, наверно, сидит… Чаи гоняют. Торговать-то нечем. Все самое интересное идет мимо них, — он мотнул головой в сторону забитой машинами площадки перед магазином.
За стеклянным барьером скучала полнотелая дама, лениво перебирающая какие-то бумаги.
— Скажите, могу я видеть Сухонцева? — несколько церемонно произнес Вашко.
— Там! — она мотнула стогом волос. — Дима, к тебе!
Не прошло и минуты как из дверей появился вяло двигающий челюстями парень лет тридцати, в джинсовом костюме.
— Ну? — заглотнул он бутерброд. — Кто ко мне?
— А вот дядечка! — отозвалась дама.
— От кого? — ожившие глазки пристально изучали Вашко и не. могли припомнить, встречались они раньше или нет.
— От Бахматьева.
Дама оторопело уставилась на Вашко, а продавец, сменив маску безразличия, любезно распахнул дверь.
— Проходите! Если не ошибаюсь, Иосиф Петрович? Наслышан! Очень, очень приятно! Присаживайтесь… Вот кресло!
Вашко прошел в комнатку, в которой огнем калились спирали электрического обогревателя.
— Игорь Игоревич предупреждал о вашем приходе. Правда, не говорил о цели. Хотите что-нибудь подобрать? Мигом устроим, — он с готовностью принужденно рассмеялся. — Как говорится, запросы покупателей — наша задача! Удовлетворим всем самым изысканным вкусам. При скромных комиссионных — он суетился, гремел чашками, термосом и, наконец, перед Вашко возникла чашка, источающая кофейный аромат. — Не стесняйтесь — настоящий бразильский!
Кофеинчик не вытянут! С такой дозы трое суток как козочка — без усталости и сна! — он еще раз хохотнул.
— Говорит вам что-нибудь фамилия Ивана Дмитриевича Тушкова?
— Тушкова? Тушкова? — закатив глаза к потолку повторял Сухонцев. — Ничего… Продавец? Покупатель?
Вашко протянул ему предусмотрительно взятую фотографию. Сухонцев положил ее перед собой, разглаживая пальцем. Потом по-прежнему без слов, будто что-то припоминая, посмотрел в окно.
— Похожий, но вроде постарше был… Можно проверить по документам. Синий «жигуленок», пробег меньше пятидесяти тысяч, отличная резина и неотрегулированный трамблер. Да! — он сделал жест рукой. — В комплекте ключа не хватало — торцевика на тринадцать! — он не без гордости смотрел на Вашко.
— Ну и память у вас! — удивился оперативник.
— Профессиональная… — скромно произнес парень. — А вот, что касается фамилии, хорошо бы проверить — это не запечатлелось.
— Нет необходимости. Расскажите, как он появился? Как торговался? Все, что припомните. Память у вас — дай бог каждому.
— Что-то произошло? — по лицу продавца скользнул испуг. — Наша вина?