— Тогда как есть это у вас?
— Иногда разрешают, — соврал Вашко. — Я, Курт, видишь ли, раньше работал в криминалполицай — кажется, это так у вас звучит.
— Криминальный полиция? — заинтересованно, как показалось Вашко, спросил Курт. — Наркотики?
— Нейн. Убийцы — мордерманы… Это, кажется, так звучит у вас.
— Нет, не так… — возразил Курт и хотел что-то добавить, но не успел — они уже подъезжали к месту стоянки «мерседеса».
И то, что с машиной за это время ничего не сделали, было крайне удивительно: стекла, колеса, фары — все было цело.
А удивительного в этом, по сути дела, было мало: пока они обедали, рядом с «мерседесом» выстроилась вереница черных и серых «Волг» с напыщенными, важными водителями; они лениво покурили, сбившись в кружки и болтая о своих делах. А по площадке в сопровождении таможенников и целой свиты прилично одетых мужчин с какими-то флажками на лацканах ходила некая комиссия.
— Что есть у них там происходить? — поинтересовался Курт у Вашко после того, как обследовал свою многотонную громаду.
— У них там есть происходить, — совершенно серьезно и без издевки ломая язык произнес Вашко, — большой партейтаг. Ну, не партейтаг, не съезд партии, а так… Парламентская встреча… Наскакивают иногда проверить, как дела с гуманитарной помощью…
— О, это есть хорошо, — понимающе закивал Курт.
— Ага, — согласился Вашко. — Воровали, воруют и будут воровать. А эти ничего не заметят.
— А вы есть, как секретполицай, боретесь с этим?
— Нечто вроде этого. Только я, Кург, уже на пенсии…
У вас — русски ничего нельзя понимать. Скажите, а здесь есть Ельцин? Великий президент России? — не вытерпел Курт, пялясь на толпу официальных лиц.
— Нет. Если бы он здесь был, тут такое бы началось… Оцепления, охрана, сопровождение ГАИ.
— Жаль… — скучно произнес Курт. — Сколько я вам должен за обед? Я могу дать марки… Десять, двадцать, тридцать?
Вашко обиженно отвернулся и полез к себе в машину. Курт посмотрел на него, пожал плечами и тоже полез в свою кабину.
ГЛАВА 16. ДАЧНЫЙ ПОСЕЛОК ВБЛИЗИ СТАНЦИИ ГРИВНО, МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ
И кто это в России додумался до такого — называть дачами не дома у озера с прекрасным горным пейзажем за окнами, а обычные, то ли деревянные, то ли каменные строения, расположенные на окраине какого-нибудь города?
Синий джинсовый костюмчик Виктора петлял по улицам и переулкам, скрывался за поворотами, и Стив — он же Сергей Иванович Болдырев — ждал: ну когда, когда, начнется то, что называется у москвичей дачей? Ему рисовалась тропинка в лесу, тяжелые от капель ветки орешника, нетронутая свежесть росных трав у самых ботинок. Минут через пятнадцать после того, как он следом за Виктором спрыгнул с края платформы, вместо того чтобы по всем правилам пройти по мосту над железнодорожными путями, протопав по шлаку у рельс, по глине на небольшом косогорчике у забора завода, Стив углубился в уличное пространство. С фонарями у края дороги, с большим количеством низкорослых кудлатых дворняжек, не обращавших на прохожих вообще никакого внимания, с редкими старухами у калиток одноэтажных построек — блеклых домиков, зажатых сараями.
Виктор шел, раздумывая о чем-то своем, — он низко опустил голову, машинально шагал, глядя по сторонам, и чисто механически перекладывал посылку из одной руки в другую.
Добравшись до нужного дома — такого же, как и все на этой улице, — он просунул руку меж досок, сдвинул щеколду и открыл калитку. Стив издалека убедился, что это не какая-нибудь уловка, что он вошел именно в этот одноэтажный кирпичный дом со старой покосившейся верандой, и приготовился ждать. Ждать долго, до тех пор, пока Виктор не выйдет, чтобы ехать назад. Но спрятаться здесь, в месте, где каждый новый человек на виду, как ему представлялось, будет непросто. Пошарив глазами по сторонам, он обнаружил в тени разлапистой еще не расцветшей сирени лавочку. На ней сидел старик — в валенках, треухе и свитере с драными локтями.
— Привет, батя! — присел Стив рядом со стариком на лавочку. — Можно посидеть с тобой? Сердце чего-то прихватило…
Старик не слишком любезно посмотрел на неожиданного соседа и ответил на приветствие.
— Откуда будешь, молодой человек? Что-то я раньше тебя не видал в наших краях… — Старик пристально посмотрел на незнакомца.
Стив внутренне напрягся.
— Из Риги, — сказал он весьма удачно.
— Латыш?
— Нет, русский…
— То-то, я смотрю, у тебя акцент ненашенский… Видать, долго жил?
— Порядочно.
— Ну, как там у вас? К нашим — русским — как относятся?