— Ничего особенного… — было видно, что Альберт Гурьевич тщательно подбирает слова, взвешивает их, буквально пробует на вкус. — Скромная обстановка, пикник в мужской компании на природе, немного реки, немного леса…
— А люди?
— Есть там и они — человек пять или шесть.
— Кто там, кроме вас?
— Вы догадались, что там есть и я? — мужчина улыбнулся, но улыбка вышла жалкой. — Это делает вам честь. Самое лучшее, если вы не будете вглядываться в остальные лица. Поверьте, я даю вам хороший совет…
— Еще один вопрос: чем они страшны непосредственно для вас?
— Тем же, чем и для остальных, но… думаете легко стать полковником в тридцать семь? Вам до пенсии сколько?
— Не считал…
— Напрасно. А мне еще пятнадцать лет. Разве плохо в пятьдесят четыре выйти на персоналку. Если появятся эти снимки, могут возникнуть осложнения… В общем, те выкрутятся, а с нас, маленьких людей, шапки полетят вместе с головами…
— А вы не знаете, где Олонцов?
— Предположим, знаю…
— Так где?
— В изоляторе временного содержания. Кончится расследование, будут смотреть…
— За ним что-нибудь серьезное?
— Вы вроде бы не настолько наивны, чтобы не понять этого кроссворда…
— Я могу выдвинуть дополнительное условие?
— Какое? — мельком брошенный взгляд желтых глаз был немного испуганным.
— Судьба Олонцова также будет зависеть от этих снимков. Он оказывается на свободе и к нему не будет никаких претензий…
Мужчина с заметным облегчением вздохнул:
— Это само собой. Появление снимков снимает с него всю вину — вы же понимаете, что он страдает из-за них.
— Какие гарантии с вашей стороны? — Кирилов решил играть до конца.
— Гарантии? — собеседник пожал плечами. — Пожалуй, никаких…
— Это не разговор.
— Вы забыли про компромат. Это серьезнее снимков! Незаконные аборты — это не шутка. А показания против вас довольно серьезные…
Для Кирилова, не представляющего, где на самом деле находятся злополучные фотограции, было ясно одно — нужно тянуть время. Но как? Решение пришло неожиданно.
— Скажите, вы при исполнении?
— Что вы имеете в виду?
— Я полагаю вопрос ясным.
— Служебных обязанностей? Нет. Хотя, как посмотреть на эту проблему…
— Значит, нет. Это меняет положение вещей. В принципе такие сделки противоречат моим принципам. От них за километр веет подлостью, а подлость среди мужчин наказывается однозначно, — Юрий Николаевич размахнулся и влепил собеседнику крепкую пощечину.
Сидевший спокойно водитель мигом оказался рядом, и не успел Кирилов что-либо предпринять, как его руки уже надежно были завернуты за спину, а сам он переломился от боли пополам.
— Значит, вот так, — с угрозой пробормотал полковник, поднимая с асфальта очки с разбившимся стеклом. — В машину его… Будем говорить по-другому…
Но привести угрозу в исполнение полковник не успел. Неизвестно откуда появившийся громоздкий усач уверенно положил руку на плечо водителя и спокойно сказал:
— Отпустить!
Сказано это было таким тоном, что плечистый парень и не думал сопротивляться. Кирилов тотчас начал растирать мигом занемевшие запястья.
— Это не ваше дело, Вашко! — сразу же засуетился Альберт Гурьевич, вплотную подступая своим тщедушным телом к оперативнику.
— Как знать, — пробурчал тот, заслоняя спиной Кирилова. — У вас свои задачи, у нас свои…
— Вы ответите за это перед Торшиным! — с угрозой крикнул рыжеволосый, садясь в «Волгу». — Я этого так не оставлю.
— Катись ты отсюда… — крикнул Вашко вслед мигнувшей огнями машине и, повернувшись к Кирилову, сказал: — Ломаем дрова? Хороши же вы, что один, что другой… — он посмотрел на часы. — Твоя электричка, мил человек, уже ушла, но через полчаса идет другая. Забирай свои манатки, и быстро в деревню! Чтобы до следующего вторника духу твоего в Москве не было. Понял? Иначе за последствия не отвечаю. Захочешь меня найти — найдешь через своего дружка…
— Какого? — Кирилов продолжал растирать запястья.
— Не валяй мне тут дурочку, — и Вашко назвал номер домашнего телефона Сергея. — В твоих интересах, сынок, переждать некоторое время на полатях в баньке… Понял?
— Чего уж тут не понять, — он единым движением вскинул рюкзак на плечо.
— Стой! — скомандовал Вашко ему вдогонку. Кирилов повернулся.
— Про фотографии ни сном ни духом?
— Нет.
— Ну, и дальше молчи. Понял?
Торопливо шагая в сторону вокзала, Кирилов решал ту же самую задачу, что несколько дней назад решал Сергей: «Кто это? Друг или враг?» Но придти к определенному выводу он не мог.