Палуба под ногами едва ощутимо задрожала и легонько качнулась. Под восторженные восклицания пассажиров «Звезда счастья» величаво поднялась над стартовой площадкой, а затем, набрав высоту, неторопливо развернулась и медленно двинулась в ту же сторону, куда, по прикидкам Корнева, скоро должно было склоняться местное солнце.
— Дамы и господа, наш полет проходит на высоте пятьдесят ярдов со скоростью двадцать миль в час, — снова ожили динамики. Корнев в уме перевел это в привычные единицы измерения, сорок пять метров и тридцать два километра в час. — Мы надеемся, что вы уже успели оценить красоту нашей планеты, но самые чудесные виды еще ожидают нас впереди. Сейчас капитан Ферри приглашает вас, дамы и господа, в большой салон на уровне «А». Просим вас пройти в салон, наши стюардессы вас проводят. Спасибо!
Большой салон оказался действительно большим, а благодаря таланту дизайнера представлялся даже более просторным, чем был на самом деле. Уровнем «А» на «Звезде счастья» именовался самый верхний этаж или как там правильно должно это называться на корабле, пусть и летающем, так что сквозь прозрачный купол салон освещался яркими лучами местного солнца. Однако когда салон стал наполняться пассажирами, купол приобрел дымчато-синеватый цвет, и ослепительная яркость естественного освещения сменилась мягким голубоватым свечением, создавшем в помещении интригующую атмосферу романтичности и загадочности.
Стюардессы быстро помогли пассажирам занять места в уютным креслах за небольшими столиками, умело избегая толкотни и неорганизованности. На невысокой сцене миловидная девушка заиграла на синтезаторе приятную легкую музыку, стюардессы принялись разносить напитки. Роман и Хайди взяли себе по бокалу шампанского и едва успели чуть-чуть выпить, как вниманием публики завладел некий персонаж лет примерно тридцати, одетый, на взгляд Корнева, слишком уж крикливо.
— Леди и джентльмены, прошу внимания! Меня зовут Ленни Грант, я хозяин этого салона и я знаю все о «Звезде счастья»! — с преувеличенно доброжелательным выражением на лице радостно возвестил он. Это заявление вызвало у пассажиров легкие смешки и совершенно неискренние аплодисменты, закончившиеся, едва успев начаться.
— Поддерживать ваше прекрасное настроение в этом восхитительном круизе мне поможет очаровательнейшая мисс Джина Корби! — девушка за синтезатором встала и приветливо помахала публике рукой. Ей аплодировали подольше.
— Итак, если у вас возникнут какие-то вопросы по нашему круизу или будут особенные пожелания, обращайтесь ко мне в любое время дня и ночи! — продолжал вещать Ленни Грант. — Как я уже говорил, я знаю о «Звезде счастья» все! Но есть один человек, который знает об этом замечательном корабле даже больше чем я! Леди и джентльмены, внимание: встречаем Айвена Ферри — нашего капитана!
Вот капитану достались уже аплодисменты настоящие, а не дежурно-вежливые. Капитан Ферри, мужчина за пятьдесят, но в хорошей физической форме, действительно располагал к себе. Этакий добродушный, но хорошо знающий себе цену профессионал, умеющий и управлять многотонной махиной гигантского гравилета, и внушать почтение любым пассажирам, вне зависимости от толщины их кошелька. Ну и в данный торжественный момент еще и выглядел очень даже представительно в темно-синем кителе с золотыми нашивками, белоснежной рубашке не с галстуком даже, а с бабочкой, с обилием золотого шитья на фуражке, в брюках, отутюженных так, что о стрелки, казалось, можно было порезаться, и безукоризненно начищенных ботинках. Сразу видно, кто тут главный.
На несколько секунд поднеся правую ладонь к козырьку фуражки в ответ на приветственные аплодисменты, капитан Ферри направился к столику, за которым сидели те самые живые покойники.
— Капитан Ферри свидетельствует свое почтение мистеру и миссис Недвицки! — пафосно воскликнул Ленни Грант, когда капитан осторожно подержал в руке иссохшую кисть старика и церемонно поклонился старухе, руку для приветствия не протянувшей.