– Несомненно заинтересует. А если этот предатель ещё и заговорит, то цены такому подарку просто не будет. Кстати, Арит, я всё хочу тебя спросить – почему ты остался на моём корабле после окончания войны с Роем? Теперь ведь ты мог свободно открыться и жить среди исееков.
Бионика быстро поправила причёску и улыбнулась мне белозубой улыбкой:
– Ариты очень мало знают про вашу расу. А поскольку я первый встретился с людьми, именно меня назначили своего рода первооткрывателем и послом, пусть и не совсем официальным. Но всё равно я канал связи для вашего высочества с исеек-аритами, через меня вы можете общаться с моими сородичами.
Понятно. Я привёл себя в порядок, оделся и вышел в коридор крейсера. Несмотря на мои некоторые опасения, жизнь на корабле уже вполне вошла в нормальный ритм – ни малейших следов вчерашнего кутежа, в штабе флота сидели дежурные офицеры, связисты вели переговоры с дальними звёздными системами и уточняли какую-то информацию. При моём появлении лейтенант Макс Стегор встал и подошёл с докладом.
– Мой принц, подтверждается информация о том, что в звёздной системе Тиан командующая флотом Девятого Сектора Периметра Светлана тон Месфель собирает флот с лояльных герцогу Паоло ройл Анжеру систем. По состоянию на текущий момент у противника уже порядка трёхсот кораблей.
– Сколько им нужно времени на сборы и перемещение к Форпосту-4? – уточнил я.
– Никак не менее шести дней, ваше высочество.
Информация оказалась тревожной, однако немедленного ответа не требовала. Кстати, хорошо было бы поговорить с Катериной тон Месфель по поводу складывающейся ситуации – как-никак командующая флотом Девятого Сектора являлась ей родной племянницей, и, возможно, существовали какие-то другие варианты развития, кроме прямого столкновения двух флотов Оранжевого Дома. Я направился к своей сестре. На всякий случай не стал с ходу открывать дверь её каюты своим электронным ключом, как я обычно входил к Катерине, а сперва вежливо постучался (мало ли, может, сестра спит ещё, а возможно, и не одна).
– Открыто! – раздался крик Катерины тон Месфель, и я вошёл.
Брови сразу же поползли вверх. Мало того что моя советница действительно оказалась не одна в комнате, так я ещё и хорошо знал её гостя.
– Уже ухожу, кронпринц. – Корвин тон Угар, блестяще выглядящий в увешанной боевыми наградами парадной форме капитана звёздного флота, собрался действительно прошмыгнуть мимо меня в коридор.
– А ну стоять! – Корвин тон Угар находился уже в дверном проёме, однако остановился и развернулся. – Капитан, помнится, уговор был не появляться на моём корабле и не приближаться к Астре.
– Ваше высочество, и в мыслях не было нарушить наш уговор. Я был приглашён на ваш флагман Катериной тон Месфель в гости и, слово офицера, ни разу не покидал её каюту.
– Георг, ты чего сердишься? Сам вчера напутствовал меня перед праздником, и я всего лишь послушалась твоего совета. Корвин – интересный собеседник, галантный кавалер и прекрасный эксперт в живописи.
Я недоверчиво хмыкнул – слышал уже эту старую песню. Капитан кашлянул, привлекая к себе внимание:
– Кстати, раз уж речь пошла о живописи… Командующий, вас не затруднит подписать свою работу, как обычно принято у живописцев? Честно признаюсь, вы действительно уели меня – я и вправду очень хотел заполучить картину Астры тон Веерде. Судя по стоимости первого полотна, вторая картина этой талантливой девушки стоила бы никак не менее сорока, а то и пятидесяти миллионов кредитов. Такие деньги вернули бы моему обедневшему аристократическому роду былую славу и обеспечили бы уверенное будущее. Я весьма высоко оценил этот ваш шаг, кронпринц, это был очень красивый ход. Но дело в том, что меня действительно с ранних лет обучали разбираться в живописи. Мой отец – Весар тон Угар, один из ведущих экспертов Академии художеств системы Несси, и он прилагал массу усилий, чтобы я пошёл по его стопам. И хотя я в итоге предпочёл стезю военного, как моя мать, но различить мужской и женский стиль рисования картин в стиле утончённой абстракции я до сих пор могу даже с закрытыми глазами.
Вот это поворот! Я весело рассмеялся, настолько неожиданной для меня оказалась развязка этой истории. Конечно же, я согласился поставить свою подпись на произведение.
– И сколько может картина стоить? – поинтересовался я у эксперта в живописи.