Но остановился. Застыл. Секунда.
Две. Он смотрел в её глаза, полные боли, страха— и чего-то ещё, чего он боялся назвать.
Он опустил руку. Медленно.
— Вам нужно отдохнуть, — сказал он тихо.
Элла опустила взгляд.
Она не знала, разочарована ли тем, что он не дотронулся, или благодарна за это. Она встала, достала из ящика папку с документами и молча протянула её ему.
Он взял её — аккуратно, не касаясь пальцев.
— Спасибо, — отрывисто сказал он.
Она не ответила.
Он вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
А в груди у него что-то горело.
Он шёл к машине быстро, почти не дыша. Папка с договором казалась ледяной в руках, как напоминание — он пришёл по делу. Всё остальное не должно было случиться. Он не должен был приезжать. Не должен был видеть её в таком состоянии Не должен был хотеть остаться.
Он сел в авто, бросил папку на пассажирское сиденье, закрыл глаза и откинулся на спинку. Всё тело ныло от внутреннего напряжения. Кэти уже, должно быть, злится. Перед глазами снова стояла Элла. Закутанная в плед, хрупкая, но не сломленная. С глазами, в которых — целый ураган. И он хотел прикоснуться. Чёрт. Он действительно хотел.
Сжал руль. Сильно. Настолько, что побелели костяшки. Он не имел права даже думать об этом.
Телефон снова завибрировал.
Он не посмотрел.
Он просто включил зажигание, бросив последний взгляд на окна её квартиры. Занавески были плотно закрыты.
Как и прежде.
Элла
Дверь захлопнулась.
Тишина снова разлилась по квартире. Элла не двигалась. Только смотрела на закрытую дверь, будто он всё ещё стоял за ней. Он ушёл. Она должна была почувствовать облегчение. Но ощущение было другое — совершенно ей не знакомое. Он не дотронулся. И, может быть, это было правильно. Но что-то внутри всё равно болезненно сжалось.
— Чёрт, — прошептала она и уткнулась лицом в ладони. Это была глупость. Опасная, необъяснимая близость. Он — её арендодатель, чертовски красивый, пугающе холодный, с каким-то бездонным взглядом.
Он не имел права приезжать.
Не имел права волноваться.
Но он всё это сделал. И её тянуло к нему. Это было неправильно.
Она встала, подошла к окну. Прижалась лбом к холодному стеклу. Никакой машины. Он уже уехал. Она снова одна. Как всегда.
Блейн
Он ехал слишком быстро.
Окна машины были распахнуты, но даже ветер не гасил то, что жгло изнутри. Ему нужно было напиться. Заглушить свои чувства и мысли. Он свернул с трассы и припарковался возле одного из баров, куда иногда захаживал. Не часто — он не позволял себе терять контроль. Но сегодня был другой случай.
Он вошёл внутрь, проигнорировал приветствие бармена и молча заказал виски. Двойной.
Кэти…
Он впервые о ней вспомнил с раздражением. Не с виной. Не с волнением. А просто как об обстоятельстве, которое мешало.
Чёрт. Он никогда не позволял себе срываться. Никогда не позволял себе эмоции. А сегодня…
Сегодня всё пошло к чёрту.
Он видел Эллу. Такой. Слабой. Настоящей. И всё внутри перевернулось. Он не должен был приезжать. Оставить всё, как есть. Но вместо этого — он хотел остаться. Бармен поставил стакан. Блейн взял его, отпил. Медленно.
Вкус обжигал, как её взгляд. Он чувствовал, как контроль ускользает.
И впервые за долгое время — не пытался его удержать.
Кэти
Часы показывали 20:47.
Она всё ещё сидела в ресторане.
Официант подходил уже второй раз, с вежливой улыбкой и настороженным взглядом.
— Хотите ещё подождать?
Кэти усмехнулась.
— Думаю, больше не стоит.
Она встала. Медленно накинула пальто, взяла сумку и направилась к выходу.
Внутри что-то подсказывало: он не просто задержался. Он не собирался приходить вовсе.