Какого же было мое изумление, когда техника запросто скастовалась на умирающем пацане с первой же попытки.
Вот только каменная фигурка, оказавшаяся в моих ладонях после активации седьмой стойки Живого камня, оказалась, мягко выражаясь, весьма оригинальной. Вместо ожидаемой статуэтки — ростовой мини-копии пацана — в руках у меня оказалась чуть живая, вся растрескавшаяся, словно древнее ископаемое, каменная маска, точно имитирующая глуповатое максимкино лицо.
Однако несмотря на свой трухлявый вид маска оказалось насыщенного изумрудного цвета.
А загоревшееся следом системное уведомление тут же на нет свело вероятность забавного совпадения:
Примите искренние поздравления! Системный предмет «Маска Изумрудного берса» признал вас своим хозяином.
В подтверждение прочитанного, безобразно широкая и ветвистая трещина-шрам, пересекающая каменный лик маски со лба до подбородка, и превращающая ее фактически в едва живое ископаемое, стала стремительно срастаться прямо у меня на глазах. Тут же стало понятно, что через безобразную трещину проецировалось на маску смертельное ранение духа системного предмета, невероятным образом почти полдня во плоти сопровождавшего меня в этом свихнувшемся мире. И в памяти сама собой всплыла ассоциация с Плащом Изумрудного берса, точно так же за считанные секунды самовосстановившимся после основательной трепки в Чертогах тлена.
— Ну здравствуй, Маска, — я бережно провел левой ладонью по почти срастившему увечье и обновлённо заблестевшему каменному лику в правой руке. — Или правильней к тебе, полагаю, следует обращаться МА-ксим СКА-тов? — сделав акцент на первых буквах имени и фамилии своего недавнего дурачка, я дал понять духу, что, хоть и с запозданием, но все же разгадал его нехитрый ребус.
Увы, ответом мне — как и в недавних попытках наладить речевой контакт с Психом и Непой — вновь стала лишь гнетущая тишина.
Интерлюдия 9
Интерлюдия 9
В салатовом тумане рядом с двумя парящими огненными фигурами на миг мелькнула черная клякса одностороннего портала. Из воронки которого вывалился двойник едва не умершего на далекой крыше дурочка, уже стопроцентно живой и сотканный из негасимого изумрудного пламени.
— Дедушка, я же обещал, что тебя найду! — опережая родственников, первым высказался эффектно появившийся гость.
— Максимка, бедовая твоя голова! — накинувшись на довольно оскалившегося парнишку, старик стиснул материализовавшегося рядом внука в богатырских объятьях.
— Макс — ты точно псих ненормальный, — попеняла брату девочка с косичками, тоже сбоку неуклюже обнявшая обоих своих родственников.
— О! Маленькая Заноза, и ты тоже здесь! — нежно погладил младшую сестренку по огненным волосам недавний дурачок.
— Как ты мог так подставиться, Макс⁈ О чем ты думал, вообще! — увернувшись из-под его руки, подбоченилась и грозной фурией стала отчитывать Максима Непа. — Мы с дедой, наблюдая тут за твоим фиглярством в зыбком мире, чуть не испепелились от беспокойства!
— О, Единый! Как же она выросла. И как стала похожа на маму, — обращаясь к старику, прокомментировал предъяву малютки Максим.
Но заметив тень, набежавшую после его слов на огненное чело деда — до сих пор, по прошествии целой вечности, тяжело переживающего потерю любимой дочери — поспешил сменить тему:
— Извини, Заноза, что заставил вас волноваться. Но из того склепа, где замуровали мой предмет, иначе в игровой мир вырваться было невозможно. А я же обещал вам тогда, помнишь: во что бы то ни было разыскать и вернуть в семью нашего деда. Пришлось рискнуть, и ступить на Путь Изломанной Тени.
— Это было кране опрометчивым поступком, Максим, — покачал головой нахмуривший кустистые брови старик.
— Было бы, если б мне не удалось, — посмел возразить бедовый пацан.