Как бы то ни было, но конечная цель моего маршрута оказалась обозначена в Чертогах тлена максимально четко. И от меня требовалось лишь спокойно доковылять по еще относительно твердому льду до крыльца сотканной из зеленой паутины высотки. Минуты на примерно пятидесятиметровую дистанцию было более чем достаточно.
Легко добравшись до цели всего секунд за двадцать, я вынужден был дальше, коротая время действия абилки, тупо косить вокруг себя зомбаков, определив для себя зону безопасности вокруг своей драгоценной тушки радиусом примерно метров в шесть-семь.
Но начавшееся было безответное сафари продлилось не долго. Потому как, стоило мне задержать на одном месте, и за считанные секунды все окружающие твари, дружно об этом прочухав, развернулись в мою сторону. Уже равнодушно пасущиеся поблизости на своих двоих зомбаки, с азартным урчаньем и вытянутыми вперед когтистыми пятернями, вдруг в едином порыве потянулись со всех сторон засвидетельствовать мне свое почтение. Остальные же, еще только выбирающиеся из-подо льда монстры завистливым урчаньем подстегивали бредущих мимо собратьев, а как только сами полностью выбирались из болотной мути на крепкий лед, тоже ковыляли в мою сторону.
Броски топора по надвигающейся толпе очень быстро сменились на отчаянную рукопашную рубку одновременно во всевозможных направлением. Из-за обилия столпившихся за считанные секунды вокруг меня зомбаков лед предательски затрещал и стал крошиться под нашими ногами. Меж тем до спасительного возвращения из Чертогов тлена ждать оставалось еще примерно секунд десять.
Почувствовав, как намокшие ботинки, заскользив по разбегающимся под подошвой осколкам льда, начинают проваливаться в открывшуюся трясину, и используя в следующее мгновенье инерцию рубящего удара топором по сохранившему пока что устойчивость соседу зомбаку, в отчаянном боковом рывке я попытался заскочить на парящие рядом призрачные ступени крыльца. И каково же было мое удивление, когда сотканные из тончайших изумрудных нитей псевдо-ступени вдруг с легкостью приняли и продолжили удерживать вес моего тела. В то время как остальная зомби-толпа вокруг дружно провалилась в огромную зловонную полынью, образовавшуюся на месте недавней нашей общей ледяной опоры, окончательно развалившейся на мелкие осколки.
И ведь что удивительно: приблизившись еще в самом начале к призрачному крыльцу, я шутки ради попытался вот точно так же шагнуть на сотканную из зеленых сияющих нитей ступень и, ожидаемо не встретив опоры, тут же сквозь нее провалился. Теперь же, по происшествие всего-то примерно полминуты отчаянной отмашки от наседающих со всех сторон урчащих ублюдков, с какого-то перепуга у меня вдруг получилось на призрачной крылечной ступени зависнуть над бурлящей от тел зомбаков трясиной.
Развивая неожиданный успех, я шагнул с нижней на верхнюю ступень, и снова сотканная из изумрудных нитей конструкция под ногами меня легко выдержала. Далее я обнаглел настолько, что, миновав короткое крыльцо, схватился за призрачную ручку призрачной двери и, потянув ее на себя, открыл сотканный из изумрудной паутины проход внутрь призрачного здания.
Но едва переступив порог, я вдруг повалился-таки с ног от сильнейшего толчка в спину. И приложившись крепко плечом о каменную стену, таки устоял на ногах, соображая с облегчением, что это только что сработал возвратный портал, вернувший меня из призрачного коридора в самый что ни на есть материальный коридор реального каменного здания.
Плюхнувшаяся тут же со смачным шлепком под ноги бурая зловонная субстанция, бывшая всего секунду назад вполне добротной модной одеждой, вкупе с развалившимися прямо на глазах в мерзкую плесень кожаными ботинками, окончательно подтвердили случившееся возвращение. Уцелели и остались практически неизменными на мне лишь полимерные подошвы сгнивших ботинок под пятками, благодаря подставкам которых я избежал сомнительного удовольствия провалиться в вонючую лужу голыми ногами.
Перескочив на чистый участок коридора, я невольно поморщился ощутив ледник зимнего каменного пола под голыми ступнями. Из приоткрытой наружной двери в коридор ворвались отчаянные вопли бьющихся насмерть товарищей. Но усилием воли я подавил желание немедленно броситься на помощь низкоуровневым игрокам. Интуиция подсказала мне, что главный враг наш находится сейчас вовсе не снаружи, а здесь внутри. И теперь, когда почти все миньоны его сражаются снаружи, он стал максимально для меня уязвим.