Сыщик напряженно прислушивался, пытаясь понять что имеет ввиду говорящий, но речь его внезапно оборвалась. Петр Евграфович недовольно вздохнул и, повернувшись к замершему коту, едва не врезался в пролетавшее мимо зеркало.
Старинный большой предмет преспокойно парил в метре от земли, свободно перемещаясь от одной стены к другой. Неожиданно он остановился, словно заприметив пленников и изменил направление полета в их сторону.
Кот и сыщик вытаращились, не рискуя шевелится. Как только полет зеркала остановился, мутная поверхность покрылась рябью и в отражении возник уродливый шут с выпирающими огромными клыками, маленькими узкими глазками и вздернутым носом-картошкой.
- Добро пожаловать в Пещеру тьмы! Готовы сыграть на ваши души? – раздался хриплый голос.
Сыщик и помощник нервно переглянулись.
- Позвольте-с, а насколько необходимо участие? - неуверенно подал голос Петр Евграфович.
- Если вы не хотите провести остаток жизни здесь, - ответил голос и комната начала меняться, превращаясь в жуткую пыточную с самыми изощренными орудиями доставления боли, - Желаете сыграть или откажетесь?
***
- Вроде оторвались… - Ада пыталась отдышаться после длительного бега по крутым ступеням и резким поворотам бесконечных коридоров.
- Не радуйся слишком, думаю, это ненадолго, - ответил запыхавшийся Велиар, - Не стоит забывать, они, в отличие от нас, ориентируются куда лучше…
Ведьма страдальчески закатила глаза.
- Иногда мне хочется тебя придушить за твое чересчур унылое отношение ко всему. Найдут - убежим, где наша не пропадала, - задорно подмигнула она.
- Отчего ты такая веселая? Мы в аду, непонятно в каком месте, не имеем возможности вернуться обратно, в любой момент рискуем быть обнаруженными…
Ада горько усмехнулась.
- Понимаешь, - начала она, принимая приличествующие только ей величественное спокойствие и грациозность, - Что здесь, что в особняке, мы встретили и еще встретим много существ, монстров и просто странных личностей, так или иначе желающих нас убить, уничтожить, разорвать на куски или принести в жертву. Тех, кто питается муками, запивая чужими страданиями собственную боль от ошибок, которые уже нельзя исправить… Злодеи здесь, если их так можно назвать, легко покупаются на наши уловки, не замечая обман или провокации, чего нельзя сказать об обитателях дядиного поместья…
Велиар задумчиво посмотрел на графиню.
- Не стоит так уж доверять всему происходящему, судьба хитра на выдумки… Однако, ты права, здесь тебя похищают и пытают куда меньше…
- Как будто тебя это беспокоит… Даже если что-то случится, мы не заключали договор, ты ничем не обязан мне, а я так и не выполнила обещаний тебе… Просто на одну необязательную особу станет меньше.
С каждым словом девушки его зрачки все более и более расширялись, а волосы на голове вставали дыбом. Наконец Велиар не выдержал и, схватив графиню за плечи хорошенько встряхнул. Она замолчала и вопросительно посмотрела.
- Не говори таких глупостей больше никогда, если не хочешь получить перчаткой в лоб, - не церемонясь начал он и крепко прижал Аду к себе, - Если все еще не поняла, подумай, почему я, демон, помогаю тебе за просто так, спасаю тебя изо всех бед и даже не прошу ничего взамен.
Глаза ведьмы наполнились пониманием. Она загадочно улыбнулась и обняла Велиара в ответ.
- Радует, что моя симпатия нашла отклик в твоей душе… Однако…
-Вот вы и попались, голубки, - из-за угла появился Азарий с толпой чертей, - Теперь-то вы за все заплатите!
Глаза его были абсолютно черными, а едва заметные темно-зеленые зрачки вытянулись в две вертикальные линии.
- Я тебе должен рассказать об одной вещи, но пока верь мне и подыграй, - Велиар тихо прошептал Аде на ухо, а потом громко продолжил, - Что ж ты, посланник света так предал свои принципы? К врагам пришел и к ним же примкнул! Что с тобой стало?
- Молчать!!! – взбеленился тот и сверкнул мечом, - Вы пройдете с нами, иначеее…
- Иначе что? Палочкой затыкаешь? – язвительно отозвался демон, на его лице не было ни капли страха или сомнения.
- Да яяяяя из тебяяяя…
- Остынь, Азарий! Ведите их в большой зал, там будем вершить лжесудие! – в воздухе возник призрачный Асмодей и рассеился почти в ту же минуту.