Зося гулко стукнула ногой по клетке.
- Не смей так говорить! – воскликнула она, не выдержав. – Тебе шесть лет! О каких боли и страданиях ты говоришь?!
В тишине Хисока молча подошел к прутьям и, глянув Зосе прямо в глаза, сказал:
- Дай руку.
Зося без задних мыслей протянула ему ладонь, и мальчик взялся за нее. Вдруг Арсеньевой стало так грустно, что если бы она уже не видела смысла в своей жизни, обязательно бы потеряла его. Глубокая меланхолия, однако, не отключила ей мозги.
- Ясно, - не отнимая руку от Хисоки, кивнула девушка. – Значит, ты не только эмпат, но и манипулятор. – И вдруг в ее голове щелкнули события манги, словно куски паззла складываясь в мозаику. Зося вдруг дико рассмеялась, вырывая руку и от смеха присаживаясь на пол. - Всё хорошо? – испугался Куросаки. - Ах-ха-ха! – не могла остановиться Зося. – Значит, в ту ночь, пытаясь отбиться от Кадзу, ты пытался манипулировать им, он вышел из себя и проклял тебя! Ой не могу! «Очень страшное кино» отдыхает по сравнению с вашей комедией! - Ты еще страннее, чем я, - мрачно буркнул мальчик, снова отходя к кровати.
Арсеньева, распутавшая этот клубок, с новыми силами поднялась, решительно глядя на пацана.
- Идем, я освобожу тебя! - Нет, - качнул головой он. - Опять эта ересь про боль и страдания? Давай без этих мазохистских штук! - Не в этом дело, - чуть нахмурился он, не понимая, что за мазохистские штуки такие. – Я люблю свою семью. И не хочу, чтобы они беспокоились, потому что я исчез. - Точнее, что ты на свободе, - вскинула бровь Зося. – Ладно, малец, поняла тебя, - вздохнула девушка. – Слушай сюда, - серьезно глянула на него она. – Твои способности это дар. Контролируй их и воспитывай, чтобы не использовать понапрасну. Запишись в додзе, чтобы смочь контролировать эмоции, у тебя получится, ты настоящий мужчина, - «Несмотря на яойность этого ужаса», - закатив глаза, добавила про себя Зося. – И чтобы доказать, что ты не один с необычным даром, смотри.
Девушка написала на бумаге «У Хисоки выросла борода», и показала надпись мальчику. Тут же пацан стал словно маленький гном из «Белоснежки». В изумлении схватившись за выросшую бороду, Куросаки огромными глазами глянул на улыбающуюся девушку, которая зачеркнула надпись, и тут же все пропало.
- Поэтому, - серьезно нахмурилась Зося, - не будь эгоистом, Хисока. Ты не один в этом мире особенный. – «Особенно в этом мире». – Твоей семье приходится гораздо тяжелее, чем тебе. Так что задвинь свои депрессивные штуки куда подальше и стань уже опорой семье, только ты сможешь разрушить ее проклятие!
Мальчик, моргнув, посмотрел на девушку, словно в первый раз включил, наконец, мозги и подумал.
- И что… - Он прервал сам себя. – И как мне это сделать?
Зося хмыкнула, мол, вот это уже другой разговор.
- Для начала прекрати выставлять напоказ свой дар, - претензионно заявила она ему. – Не шмотки модные это, чтобы всем хвастаться. Держи при себе и используй только в самых крайних случаях. А утром скажи, что дар и вовсе пропал, и ты не понимаешь, что происходит. Притворись дурачком, люди таких любят. - Но это будет неправда, - попытался возразить он. - Ты хочешь жить в такой правде? – возвысила голос, пнув решетки еще раз. - Нет, - качнул головой тот. - Значит, слушайся меня. И будь хорошим мальчиком, - Зося улыбнулась ему и, сделав манипуляцию с кистью и бумагой, оказалась на улице.
Звезды сияли ярче из-за отсутствия луны. Арсеньева хмыкнула и вдруг ощутила острое желание забраться под пледик и отдыхать с недельку в чьих-то теплых ручках, читая фики и запивая всё чайком. Аж живот свело от желания.
- Сила слова, - раздался рядом голос Хисоки. Зося обернулась – у шинигами даже взгляд был другой, гораздо открытее и веселее, чем прежде. – Я всю жизнь посвятил тому, как избавить семью от проклятия.
Он говорил с тем самым тоном уверенного в жизни и в своем деле человека, убежденного в самых лучших своих намерениях. Зося даже залюбовалась – Хисока почти единственный, чьим будущим можно было полюбоваться здесь и сейчас. Так сильно залюбовалась его манерами, что не сразу заметила, что он был одет в лучших традициях Ория, а никак не школьник – в джинсовку.
- Но, - парень с остервенением дернул рукав, чуть оцарапав себе кожу, - я так и не смог избежать смерти от рук твоего доктора! – руны блестели золотистым цветом, мерцая и переливаясь.