Надя испуганно посмотрела на него. На вид не больше двадцати шести-семи лет. Высокий и худой — закрадывалось сомнение, как такой вообще мог работать с бандитами, — но по тому, как он держал ее, она поняла, что он очень сильный. У него копна хаотично торчащих иссиня-черных волос, довольно-таки большие светло-серые глаза, крупный, похожий на вороний клюв нос и рот, растянутый в приятной улыбке. Имя его, как назло, Надя никак вспомнить не могла. Он производил впечатление серьезного, своеобразно красивого и вполне доброжелательного человека. Если бы она не знала, кто он такой на самом деле, позволила бы она проводить себя до дома? Нет, не то сейчас время, чтобы непонятно с кем общаться на улицах…
— Спасибо, не стоит, — она улыбнулась в ответ и, мягко вырвав свой локоть из его цепких рук, сделала пару твердых шагов назад. — Я сама справлюсь.
— Время-то недетское, — произнес он, видя, как она продолжает медленно отходить от него, но не предпринимая никаких действий, чтобы остановить ее.
От этих слов у Нади непроизвольно пробежалась дрожь по спине; на пару секунд она замерла на месте. Это угроза?..
— Я могу подвезти, — предложил молодой человек, глядя на нее, как-то по-птичьи склонив голову на бок. — Совершенно бесплатно и без всяких приставаний.
— Я, пожалуй, откажусь, — девушка покачала головой и, быстро развернувшись спиной к нему, бодро зашагала в сторону своего дома.
Она не понимала, почему он пристал к ней. Денницын «навел»? Тогда бы он не стал сейчас с ней разглагольствовать. Неужели и вправду просто заметил ее в клубе и решил познакомиться? Во всяком случае, Надя знала, кто он такой, и совершенно не хотела этого знакомства. Она и так уже один раз чуть не оказалась втянута во все эти бандитские дела и снова играть с судьбой не хотела.
Дойдя почти до конца квартала, Надя не услышала за все это время ни голоса того молодого человека, ни его шагов и настороженно обернулась. За ней никто не шел, место, где ей пару минут назад услужливо помогли подняться с земли, теперь пустовало. Куда он делся?..
Слева от нее послышался гудок машины, и девушка опять непроизвольно вздрогнула. Почти наравне с ней ехал тот самый шестисотый мерседес, номера которого Надя знала наизусть; за рулем сидел тот молодой человек и, маша ей одной рукой, приглашал сесть в машину. Увидев, что Надя, насупившись, отрицательно помотала головой, крикнул ей:
— Тогда ты будешь не против, если я хотя бы прослежу за тем, чтобы ты снова где-нибудь не шлепнулась или не попала ни в какую ситуацию и спокойно добралась до дома?
Надя, вздохнув, закатила глаза. Вот же пристал как банный лист… Продолжая идти, махнула ему рукой, тем самым давая своё согласие.
Но на середине следующего квартала неприятно кольнула мысль — так он узнает, где она живет. После того случая с Денницыным ей уже пришлось менять квартиру, второй раз делать она этого не хочет. Но и чтобы этот молодой человек узнал, где она живет и, может быть, передал эту информацию Виктору Сергеевичу — тоже. Надо было срочно искать выход из этой ситуации.
Девушка, изредка поглядывая на дорогу, где за ней все также медленно ехал мерседес, быстро вышла на соседнюю улицу, по которой днём ходили трамваи, и стала идти вдоль неё, надеясь, что по счастливой случайности мимо проедет опаздывающий в депо последний трамвай и подвезёт ее до дома, чтобы она смогла хоть так оторваться от преследующего ее молодого человека. Но, как выразился этот парень, время уже было недетское — трамваи уже давно стояли в депо, так что Надя зря ждала, что в любой момент услышит знакомый грохочущий звук в конце улицы.
Через полчаса пути Надя осознала, что почти дошла до своего дома — оставался последний квартал. Молодой человек все ещё ехал за ней, изредка приглашая сесть в авто, ведь, по его словам, ехать в тёплом салоне машины было намного приятнее, чем идти по холодной улице, на что замерзшая до жути Надя, сцепив зубы, лишь продолжала мысленно бороться с искушением сесть в машину. Впереди зелёным замигал светофор на перекрёстке… Если она хочет хоть как-то оторваться от парня, то это ее последний шанс.
Загорелся красный. Она остановилась у зебры, рядом — чёрный мерседес. Слева послышался звук разгоняющихся нескольких машин. Вдохнув побольше воздуха, Надя что есть силы побежала вперёд, стараясь не поскользнуться и не попасть под машины, которые, визжа шинами, пытались ее объехать. Взбежав на тротуар, девушка кинулась сквозь деревья, сокращая путь до дома через засыпанный снегом газон. Она знала, что сейчас пройдёт немного под двумя девятиэтажками и завернет к своему подъезду — чтобы ее найти, этому настойчивому молодому человеку придётся объехать лишний квартал и поплутать по темным дворам, чтобы найти ее. Но к тому времени, когда он окажется у ее подъезда, она уже будет у себя дома…
Добравшись спокойно до своего подъезда, Надя осмотрелась по сторонам, поняла, что рядом никого нет, и, устало вздохнув, пошла к железной двери, завешанной полустертыми объявлениями разного рода. Спрятавшаяся под лысым тополем ворона громко каркнула, отчего Надя чуть не подпрыгнула — звук оказался слишком громким и неожиданным. Шикнув на неё, девушка остановилась под дверью и полезла в сумку за ключами. Но настойчивая птица не хотела так просто отставать — в два прыжка она оказалась рядом с Надей и, кося на неё блестевшем серым глазом, снова истошно каркнула.
— Ну, чего расшумелась? — пробурчала девушка, даже не взглянув в ее сторону. — Спать лети.
Зайдя в подъезд, Надя закрыла за собой дверь и сразу же побрела к лифту. Если бы она оглянулась, то заметила, что вместо ворона под подъездом остался стоять тот самый молодой человек. Проводив девушку взглядом, Мефодий, засунув руки в карманы, отошёл на пару шагов назад, прислонился к тополю и задрал голову вверх, внимательно рассматривая окна дома. Когда в темном окошке на шестом этаже зажегся свет, он довольно кивнул сам себе и пошёл к брошенному на дороге с другой стороны дома мерседесу.