Леди Розамунд продолжала что-то говорить, гигант-посол сделал несколько шагов в направлении их группы, а Даша внезапно поняла, что толком не может разобрать слов. Они ускользали от сознания как что-то ненужное, неважное прямо сейчас, не этим она должна заниматься, не о том думать… А о чем? Что происходит? И тут же поняла, что случилось что-то плохое. Люди вокруг смеялись, музыканты взялись за инструменты, все больше карет останавливалось на дороге неподалеку, поднявшийся ветер растрепывал свободные прически девушек, и несколько служанок бросились укреплять их дополнительными гребнями и заколками, а Даша чувствовала себя так, будто ее обложили льдом, отрезая от всего мира, и за эту преграду не проникает ничего, кроме… просьбы о помощи? Даша крутанулась на месте, вглядываясь в реку. Ничего. Пока ничего. А это… оно?
Крики и топот копыт обрушились на нее одновременно, словно ломая некую плотину, и Даша с трудом удержалась от того, чтобы закрыть уши ладонями, такими громкими ей показались звуки после недавней холодной тишины. Несколько лошадей влетело на поляну, за ними бежали какие-то люди. Красные и растрепанные, с перекошенными от отчаяния лицами, они были немедленно оттеснены к берегу темно-зеленой волной хранителей, которые возникли будто из-под земли и отделили придворных от новоприбывших. Новоприбывшие и не возражали, к реке они устремились добровольно и сами, выкрикивая какие-то имена и размахивая руками.
А потом Даша увидела плот. Небольшой, квадратный, он приближался очень быстро, и вот уже можно было разглядеть перепуганные лица детей лет десяти-двенадцати. Двое подростков постарше безуспешно тыкали в дно длинными деревянными шестами, но плот только подпрыгивал на волнах и неумолимо стремился к водопаду. Две лодки плыли поодаль, мужчины гребли изо всех сил, пытаясь догнать плот, но было очевидно, что они не успевают.
— Ааа!.. — хором ахнула все толпа, когда шесты вдруг замерли и плот дернулся, приостанавливаясь. — Заякорились! Отмель! Воткнули! Защитница Олив, помоги! — Несколько женщин упали на колени прямо в песок, протягивая руки к небу, а один из мужчин в лодке, встав на ее носу, размахнулся и бросил в сторону плота свернутую кольцами веревку.
— Мимо! Не попал! — теперь над берегом пронесся общий стон, а лодки все никак не могли приблизиться, их сносило в сторону, они виляли носами, упирались, словно у них была своя воля, и вот уже один экипаж, сдаваясь, поплыл к берегу, а второй теперь греб от себя, пытаясь задержаться на месте и все-таки причалить к плоту.
«Нужно держать», — пришла мысль. Держать этот плот столько, сколько понадобится, чтобы подоспела помощь. Есть же маги, хранители вот могут что-то придумать. Где, в конце концов, носит Джулиана Риара, когда он действительно нужен?! Времени на раздумья, как и что правильно сделать, не было, поэтому Даша просто вообразила свою силу в виде двух огромных рук и «вцепилась» в шесты, изо всех сил представляя, как они вгрызаются в песчаное дно. Намертво. Так, что не оторвать.
И она держала. Вкладывала в свою фантазию все силы, и в какой-то момент ей показалось, что она даже видит вокруг плота голубоватое сияние. А потом плот дернули. Несколько мальчишек, не удержавшись на ногах, упали на колени, хватаясь друг за друга, больше на гладких струганых бревнах уцепиться было не за что, на берегу снова кричали, а Даша чувствовала себя так, будто ей на плечи медленно, но верно опускают тяжелую бетонную плиту. Рывок она сдержала с огромным трудом, в панике понимая, что в нормальной природе таких явлений не существует, ни одно подводное течение или рыба, животное, на такое не способны, и что тот, кто сейчас пытается вырвать у нее шесты, человек и маг. И враг. Но зачем, что ему нужно? Не убить же этих несчастных детей, в самом-то деле. Та мощь, которая ей сейчас противостояла, могла с легкостью разметать мальчишек по реке в долю секунды. А значит он хочет совсем не этого. Но чего?
Рядом, забывшись, вместе со всеми кричала и охала Люси, все вообще теперь стояли вперемешку, официанты, кучера, весь обслуживающий персонал побросал свою работу и толпился рядом со своими господами, не в силах оторваться от разыгрывавшейся у всех на глазах драмы. Даша, будто в волнении, приобняла свою служанку за плечи, пытаясь найти хоть какую-то точку опоры. Стояла она уже с большим трудом, еще немного и рухнет прямо всем под ноги. Вот возрадуется-то леди Розамунд такому зрелищу. То, что с ней происходило, не шло ни в какое сравнение с наполнением накопителей или амулета. Тот отток силы Даша и не чувствовала толком, в то время как сейчас ей казалось, что сквозь нее несется вот такая же широкая и бурная река, как та, на которую они все смотрят, и уносит, уносит всю магию без остатка. Что же делать, как ей себя не выдать? Остановиться и бросить детей она просто не может. Притвориться, что тоже взывает к Защитнице и, хотя бы, встать на колени, может, будет чуть легче?