Она закатала рукава и осмотрела запястья — поместится не так и мало. Вспомнился Витька Самойлов, который заявился на зимнюю сессию в широких шортах, утверждая, что постирал все брюки разом, и они не успели высохнуть. Так потом с бедрами, исписанными шпаргалками, к ректору и отправился. А на Даше как раз удобные чулки, на ногах тоже можно писать.
Глаза просто разбегались, что же хватать в первую очередь. Бегло пролистав несколько книг, Даша нашла главы про открытие дверей, но оказалось, что способ не один, а объяснения были такими длинными, что она исписала себе обе руки, надеясь, что сможет потом понять все эти сокращения. Получалось что-то вроде: «предст. себ. квардр. и постр. начерт. мыслен. в пространст». Рисунки делала левой рукой на правом запястье, потому что писать ей не могла, нацарапанные схемы и те кривыми получались. Про окна ничего не находилось, на внимательный поиск не было времени, и Даша решила выбрать щит. Щитов тех было великое множество, поэтому переписывала на вид самый простой с непритязательным названием «универсальный». Перед глазами так и стоял Джулиан Риар, до которого не смогли дотянуться еловые ветки, хотя очень старались — это ведь явно была работа какого-то щита. А Даше любая защита не помешает.
И… место закончилось. Поставив книги на место и постаравшись придать им нетронутый вид, Даша разочарованно осмотрела себя со всех сторон. Еще раз подняла юбку. Девушки пока за ней не пришли, значит, хотя бы несколько минут в запасе есть. Вот тут, над коленом, может что-то еще и войдет, если взять и немного разрезать чулки?
Что ее насторожило, она и сама не поняла. Вдруг перехватило дыхание, и Даша, резко развернувшись, посмотрела на дверь. Прислонившись к косяку там стоял Джулиан Риар. Стоял неподвижно, сложив руки на груди и внимательно рассматривая Дашу, которая все еще сжимала шелковую ткань юбок, обнажая до колен ноги в тонких чулках.
На несколько секунд Даша просто оцепенела, а Джулиар Риар отшвартовался от косяка и направился к маленькому диванчику, на который и сел, не отрывая от Даши взгляда. То ли не в силах поверить, что видит перед собой такой разврат, то ли ожидая продолжения стриптиза. Эта мысль отрезвила, и Даша, наконец, отмерла и отшатнулась назад, едва не врезавшись в стол. В голове было пусто, даже история Сесиль оказалась совершенно бесполезной, потому что та леди в схожей ситуации просто начала рыдать, и лорду пришлось ее долго успокаивать, а Даша сомневалась, что сможет выдавить из себя хотя бы слезинку, и лорд Риар совершенно не походил на того, кто поторопится ее утешить. Безнадежно краснея, Даша пыталась призвать себя к порядку. Ну что он там увидел? Дома она юбки носила куда короче. А бикини на пляже полном людей? За то, что вломилась в его покои придется ответить, это да, но полыхать щеками от смущения нет ну никаких причин. Нужно радоваться, что он не пришел раньше и не застал ее, обложенную его драгоценными книгами, а коленки — это ерунда!
Только вот смотреть в глаза Джулиану Риару было все равно почему-то довольно сложно.
Молчание затягивалось, и Даша ляпнула первое, что вспомнилось ей после приключений Сесиль:
— Я знаю, что вы не женитесь на тех леди, которые пытаются вас скомпрометировать.
И посмотрев, как одна из бровей лорда удивленно поползла вверх, добавила:
— Очень разумно, кстати.
Джулиан Риар откинулся на спинку диванчика, устраиваясь поудобнее, и Даша подумала, что он выглядит усталым. Наверное, вымотался, закрывая разлом, а тут она. Нужно выяснить, что ей полагается за несанкционированное проникновение и уходить. Убегать! К сожалению, к общей привлекательности милорда Риара добавился еще и героический флер после того, как она увидела его во всей его магической красе. Почему он не мог хотя бы оказаться неумехой, где справедливость?