Запели трубы, и Даша поняла, что передохнуть и привыкнуть хотя бы просто сидеть на лошади ей не удастся, процессия явно была готова тронуться в путь. Вытянув шею, она смогла разглядеть в дальнем конце двора высокие металлические ворота, куда уже выезжали хранители. Трубы не смолкали, развевались на ветру флаги, поднятые на высоких древках, а придворные встраивались в колонну в порядке очередности, которая, похоже, была известна всем, кроме Даши, и продвигались к воротам. Принцессу Синтию Даша потеряла из виду сразу же, как они прошли через дверь, поэтому ориентироваться ей было не на кого. Алая топталась на месте, разглядывая суматоху, и, наверное, ожидая каких-то действий от Даши, Даша же вместо действий прикидывала, не остаться ли стоять прямо тут. Пусть все уедут, а она отговорится больной головой, ногой, рукой, чем угодно, лишь бы ее отсюда сняли.
Она почти решила не предпринимать никакой попытки тронуться, когда Алая вдруг пригляделась к какому-то черному жеребцу, прогарцевавшему со своим наездником недалеко от них, издала короткое ржание и решительно двинулась вслед за понравившимся конем. Оставалось только вцепиться в поводья и просто стараться не упасть. И пусть передвигались они совсем неспешным шагом, сидеть на лошади и держать осанку оказалось довольно трудно. Даше казалось, что буквально за несколько минут у нее затекли и начали ныть и шея, и спина, и плечи… И как только люди куда-то скачут часами? Как бы ни сложилась ее жизнь в этом мире, если придется убегать, лошадь точно не ее вариант. Она должна научиться открывать двери и перемещаться во что бы то ни стало.
Люди, мимо которых ее провозила преследующая свой интерес Алая, удивленно косились на Дашу, а кто-то и кидал раздраженные взгляды, и становилось понятно, что въехала она не на свое место и под какой-то чужой флаг.
— Леди Клэри? — обернулся вдруг к ней один из наездников, и Даша узнала виконта Тимоти Парда, у которого, как потрудился сообщить ей Джулиан Риар, был слишком амбициозный отец, поэтому замуж за него выходить нельзя. Но общаться ведь им не запрещали? Хотя бы одно знакомое лицо, к тому же, лицо на вид так и горящее желанием помочь.
Виконт немедленно развернул своего жеребца, пристроился к Алой и деликатно потянул поводья из Дашиных рук. Так можно? Даша тут же отдала кожаные ремешки и благодарно улыбнулась в ответ. Так, вдвоем и параллельным курсом они и преодолели ворота. Красота! Алая, кося глазом на белого в яблоках жеребца виконта, против такой компании не возражала, и Даша решила не торопиться забирать поводья назад, сделав вид, что разглядывает открывающийся пейзаж.
Пейзаж открывался действительно красивый. Даша полагала, что двор, куда они переместились, чтобы обзавестись лошадьми, находился во Дворце, но возможно, они попали куда-то в другое место, потому что сейчас перед ними расстилалось огромное поле цветов. Слева колыхалось море из высоких нежно-голубых «метелок», чем-то похожих на ирисы, они казались такими пушистыми и нежными, что их хотелось потрогать рукой. Справа от дороги, куда устремилась их колонна, все было залито оранжевым, здесь росли яркие цветы, похожие на ромашки. Впереди виднелся белоснежный лоскут, еще дальше все полыхало бордовым…
— Поле Семи Цветов, — сказал виконт Пард, уловив Дашин восхищенный вздох. Расставаться с поводьями Алой он, похоже, и сам не планировал, а Даша уж точно не собиралась это оспаривать даже несмотря на то, что ехала она сейчас, видимо, под флагом графства Пардов, что в свете недавних событий тоже тянуло на вызов. Но какой у нее выбор? Одна она вообще никуда не уедет или потопчет тут все цветы.
Красотой они любовались не меньше часа. Огромная гусеница из лошадей и карет ползла по широкой хорошо утоптанной дороге, то и дело какой-то кавалер спешивался, желая преподнести своей даме букет, или очередная леди выражала желание лично понюхать приглянувшийся цветок. Их медленно объезжали, позже пропуская на свое место, или просто останавливались и ждали. Никто никуда не торопился, и Даша всецело одобряла такой темп передвижения. Виконт Пард, краснея и сверкая светло-карими глазами тоже испросил у Даши разрешение порадовать ее душистым подарком, но Даше пришлось отказаться, это и так все слишком походило на ухаживания.
— Я не люблю сорванные цветы, — постаралась смягчить свой отказ Даша, — пусть живут и растут здесь, так они могут продолжать радовать всех.
— В графстве Пард у нас тоже очень много цветов, пусть не поля, но парк при замке великолепен, — тут же воспрянул духом виконт, — я не сомневаюсь, он сумел бы произвести на вас впечатление, леди Клэри! И вы же впервые в Валении? Вы должны увидеть Рокфийские горы, и долины между ними, а в предгорьях как раз растут…
За время прогулки Даша успела довольно подробно ознакомиться с географией, флорой и фауной графства Пард. Владения свои виконт Тимоти явно любил и говорил о них с удовольствием, так что становилось даже жаль, что побывать во всех этих местах Даше вряд ли доведется. Пока у нее на повестке дня только Турения или монастырь и никаких горных цветов. Несколько раз Даша украдкой поправляла свой импровизированный тюрбан, и на ощупь ей казалось, что все в порядке. Волосы не предпринимали попыток вырваться из плена и явить себя миру, а вежливый виконт Пард никакого удивления ее внешним видом не выказывал. Сам же Тимоти был снова одет с иголочки, казалось, даже свои сверкающие кожаные сапоги он надел сегодня в первый раз.
Когда трубы снова подали голос, Даша поняла, что они временно приехали и собираются устроить привал. На большой поляне, вытянувшейся вдоль полоски деревьев, тут же засуетились слуги, Даша заметила Люси, спешащую вслед за пожилой женщиной с целой стопкой тарелок в руках. Значит, чем-то еще и накормят, что было очень кстати. Время подошло к обеду, и Даша прилично проголодалась. Придворные активно спешивались, но не успела Даша озадачиться вопросом как бы и ей, наконец, попасть на твердую землю, как виконт соскочил со своего жеребца и протянул ей руку:
— Леди Клэри, вы позволите вам помочь?..
Даша позволила и приняла руку и, более того, разрешила сопроводить себя к одной из застеленных каким-то мехом лавок, уже расставленных на поляне. Если ее поведение скандально, и принимать столько знаков внимания от виконта было неприлично, то волноваться об этом в любом случае поздно. Все уже случилось. Так не сидеть же ей на лошади, пока какой-нибудь хранитель вспомнит и о ней, и не слоняться же по округе неприкаянной, не зная, где пристроиться? Они бросили ее тут одну, она выживает, как умеет. И вот к вопросу о выживании… пирожные! Прекрасные разноцветные пирожные высились горкой на невысоком столе неподалеку. Столько дней без сладкого, это теперь вопрос жизни и смерти, и уж эти пирожные она точно получит и никому не позволит себе помешать.
На вид здесь было что-то вроде фуршета, и Даша принялась внимательно разглядывать, кто и как добывал себе пропитание. Должна ли она дождаться Люси? Или удобно подойти самой? Не посылать же снова виконта, какая-то пожилая леди и так не сводила с нее гневного взора, и Даша сильно подозревала, что леди родственница Тимоти, а скорее всего, и мать. Так прожигать взглядом за постороннего человека не будешь. Сомнения разрешила леди Полита Зар. Девушка спокойно подошла к столу и, взяв тарелку и маленькую вилочку, приступила к выбору. Ура! Уж Даша не отстанет.
Поздоровавшись с леди Политой, которая в ответ залилась румянцем и почему-то исполнила реверанс, повергнув Дашу в сомнения, не должна ли и она присесть в ответ, Даша не выбирая положила себе по пирожному каждого вида. Наконец-то процесс освоения нового мира повернулся к ней приятной стороной, и она собиралась подойти к делу серьезно. За этим делом ее и застал герцог Кейренский, который аж остановился, углядев Дашу с половиной пирожного на вилке и полной тарелкой сладкого.