Она отогнала от себя эту мысль.
— Много ли их еще там? — спросила она, обращаясь к Стоуну.
— Сто пятьдесят… двести, — сказал Стоун и пожал плечами. — В основном, это раненые или больные. Нет никаких шансов оживить их снова. Кроме сержанта Харриса…
Он снова немного подумал.
— И еще, возможно, сорока-пятидесяти человек.
— Вместе с оставшимися частями генерала Гартмана вы можете сформировать отряд из доброй сотни боевых единиц, — сказал Киас. — Я бы приветствовал тот факт, если бы вы взяли на себя командование, капитан Лейрд. Не думаю, чтобы они охотно подчинялись джеред-системе.
Черити окинула муравья ледяным взглядом.
— Я была бы тебе очень благодарна, если бы ты не обозначал человеческие существа словом единица и система, — холодно сказала она. — А что касается командования — что говорит об этом Гартман?
На секунду распространилась неловкая тишина. Даже Гурк избегал ее взгляда, когда она опускала его на него.
— Что с Гартманом? — спросила Черити. — Где он, Стоун?
Стоун смотрел в сторону, и Киас объяснил за него:
— Генерал Гартман и его спутники не возвратились с задания командования по взятию Черной крепости.
Парализующий страх охватил Черити.
— Его спутники?
— Кайл и эта маленькая дикая кошка, — сказал Стоун. — Я думаю, ее зовут Нэт.
— Не возвратились? — Черити с трудом удерживала самообладание. — Это означает… погибли.
— Не обязательно, — возразил Киас. — По крайней мере, Кайл-сист…
Он оборвал фразу и быстро поправился:
— Кайл еще жив. И так как его в последний раз видели вместе с генералом Гартманом и вестландкой, то можно предположить, что они тоже живы. Мы бы знали, если бы телесное существование Кайла было окончено.
Даже Стоун казался удивленным.
— Он еще жив? Тогда вы должны знать, где он.
— Боюсь, что нет, — ответил Киас после заметного колебания.
— Что это значит? — спросила Черити.
Киас мялся некоторое время, потом он сказал:
— Я не могу это точно объяснить. Он жив, но нам не удается наладить с ним контакт. Такое впечатление, будто бы этому… что-то препятствует. Или будто бы он находится далеко от нас.
— Очень далеко, — повторила Черити и проницательно посмотрела на джереда. — Как далеко он должен находиться от ваших… систем, чтобы вы даже не смогли с ним связаться?
— Это мне тоже неизвестно, — признался Киас. — Честно говоря, у нас еще такого не было. Во всяком случае, очень далеко. За пределами этой планеты.
— О, — тихо произнесла Черити. — Ты думаешь, с ним произошло… то же самое, что и с вами? Он попал в поле трансмиттера и сейчас находится где-то в Галактике?
— Не обязательно, — ответил Киас. — Часть моронского флота смогла избежать разрушений бомбы «Черная дыра». Возможно, Кайл находится на борту одного из этих кораблей.
Черити неподвижно смотрела на джереда, и впервые за все то время, что она знала представителей этой жуткой жизненной формы, один из них не выдержал ее взгляда и отвел глаза.
— Есть у тебя еще и другие плохие новости? — спросила она серьезно.
— Я не считаю это именно плохой новостью, — вмешался Стоун. И указав рукой на потолок, добавил: — Где бы Кайл ни был — он один из них. И после того, что я о нем знаю, он чертовски усложнил жизнь муравьям, независимо от того, где именно он летает.
— И ты не должен об этом забывать, — сердито сказал Скаддер. — А если бы я был на твоем месте, Дэниель, то молил бы Бога, чтобы он никогда не вернулся назад. Не думаю, чтобы он особенно вежливо обошелся с тобой.
Стоун с неуверенностью посмотрел на индейца и затем быстро сменил тему. Вызывающим движением руки он указал на Киаса.
— Вы слышали его предложение. Вы его принимаете?
— Шутники! — ответила Черити. — Может быть, я теперь еще должна и поблагодарить вас за то, что вы дали мне как раз двадцать секунд на размышление?
— Боюсь, что мы имеем слишком мало времени, — сказал Стоун.
Черити мрачно посмотрела на него. И тот факт, что он снова оказался прав, не мог смягчить ее раздражения. Вместо прямого ответа, она повернулась и снова посмотрела на мониторную стену. Красное раскаленное свечение горящих скал и расплавленной земли оставались прежними. Эта картина наполнила ее смешанным чувством ужаса, боли и глубокой печали. Она смотрела на этот мир, который находился там, снаружи, на опозоренную, наполовину разрушенную планету, которая пятьдесят лет назад пережила уже один раз огневой штурм водородного оружия и начала медленно приходить в себя. И теперь, казалось, все опять начиналось сначала. Но, возможно, что на этот раз адский атомный огонь поразил лишь одну небольшую ограниченную часть планеты. И даже одна мысль о том, что она сама находится в центре этой небольшой части, наполняла ее возвышенными чувствами.