— Да без проблем, ты сам знаешь, что нам нужно завершить эту сделку и закрыть отчеты. Да… — Стайлс вздохнул. — Ты уверен? — я тут же приподнялась и взглянула на него, потому что почувствовала какие-то перемены, словно что-то напрягло Гарри. Он пристально смотрел на меня, его взгляд показался мне даже немного обвиняющим. Я застыла, опираясь на локти. — Ты точно уверен, Энди? Ладно, я понял. До связи.
Несмотря на то, что дело явно касалось меня, Стайлс, убрав телефон, улыбнулся и присел на кровать.
— Ты так спала, что я не удержался и сделал парочку снимков, — усмехнулся Гарри.
Боже-е-е, разбей телефон. Это же наверняка сущий кошмар.
— Эм… — выдала я, покосившись на парня, — должно ли это означать, что ты, ко всему прочему, маньяк?
— О да, — хитро сверкнул глазами Гарри, а после, как бы между прочим, добавил: — Я могу забрать тебя этим вечером? Есть одно дело.
Я сразу же напряглась еще больше. Говорю же, Бауэр что-то сказал ему обо мне. Но что? Я ведь вообще никуда не встревала.
Глаза щипало от недосыпания, я часто моргала, после потерла веки пальцами и спросила:
— Что случилось? Можешь сказать прямо?
— Ничего не случилось. Ну… кроме того, что на кухне стынет твой кофе. И я… э-э-э… разбил твою сахарницу. — Я уставилась на него с непроницаемым выражением лица. — Что? Черт, кто вообще насыпает сахар в стеклянную херню?
— Все, Гарри… — развела я руками, внутри давясь смехом от комичности ситуации, — в моей семье и среди моих знакомых у всех сахарница… — я не договорила, захохотав в голос, и перекатилась на спину, закрывая лицо ладонями, при этом говоря: — Гарри Стайлс, у тебя проблемы с головой, клянусь! Господи, это немыслимо!
— Эй! Прекращай! — посмеиваясь, сказал Стайлс. — Я хотел тебя развеселить. Ты постоянно хмуришься. Это раздражает. Но сахарница правда вдребезги.
К тому времени, как я перестала угорать над Гарри, он снова погрузился в свое привычное мрачно-задумчивое состояние, вертя в пальцах айфон. Вновь тайны, вновь что-то не так.
Я вздохнула и поднялась. Молча прошла в ванную, сорвав попутно со спинки стула халат, и принялась приводить себя в порядок. Волосы, которые я обычно на ночь собирала в хвост, сегодня невозможно было расчесать, потому что я забыла заплести их. Минут десять ушло на тщательное распутывание, после еще пять на расчесывание, и лишь потом я увидела в отражении хоть что-то божеское. Мешки под глазами — «привет, мои спутники!» — сегодня оказались особенно заметными. А, может, это меня из-за Гарри так нервировал мой внешний вид?
В общем, я вернулась в спальню спустя минут тридцать. Стайлса обнаружила на кухне. Он сидел за столом и, залипая в свой телефон, пил, видимо, вторую чашку кофе. А, нет, мою порцию пил.
— Там есть еще, — не поднимая глаз, сообщил парень, когда я обиженно вздохнула.
— Ты никогда не хотела выучить иностранный язык? — А он мастер ставить в тупик.
— Ну… — я налила себе кофе, насыпала из пачки сахара в пустую чашку, уже оттуда зачерпнула ложкой себе и, размешав, обернулась к Стайлсу. Поперхнулась, потому что как раз делала глоток, а Гарри смотрел прямо в глаза. Что за привычка? Так убить можно. — Испанский. Я его в школе учила, после ходила на курсы, когда поступила в университет. Но времени не хватало на все, потому забросила.
— М-м-м… Горячо… — протянул Гарри, улыбнувшись. Я на долю секунды представила его испанцем и снова почти поперхнулась, но, к счастью, пронесло. — Я учил французский. Кстати, довольно неплохо его знаю. А Луис, между прочим, наполовину француз… Ты не присядешь, ma poule*?
Я невольно задумалась, опускаясь на стул напротив Стайлса, отмечая для себя, как бы потом не забыть перевести это словосочетание. Надеюсь, это не ругательство… Надеюсь. Хм, а насчет Луи… Теперь мне понятно его имя**.
— А твой акцент? — осторожно поинтересовалась я. Мы впервые говорили не о Зейне и о не том, какая я стерва, а просто говорили. Боже, этот день нужно отметить красным маркером.
— Настоящий. Я англичанин и много времени провел в Британии. Так что… — он посмотрел на меня поверх чашки. — И да, между прочим, я совсем не люблю чай.
Кстати, Гарри выглядел довольно мило с растрепанными волосами, в своей белой футболке, сидя вот так передо мной на моей маленький кухне. Я улыбнулась. Стайлс в ответ выгнул бровь. Линия его подбородка затвердела, и я поняла — он стиснул зубы.
Оу, отлично, я вызываю у него раздражение. Здорово. Вероятно, сейчас запустит в меня кружкой.