— В доме еще кто-то есть? — прокричала я.
— Да тебе-то что? — плюясь слюной, проорал Найл, волоча меня вниз, но…
Чертова лестница. Все затрещало так, будто мы с этим блондином провалились в саму преисподнюю. Или вот-вот провалимся, потому что лестница покосилась. Найл скатился вниз кубарем. А я, ринувшись было за ним, застряла ногой в провалившейся деревянной ступеньке. Лестница горела уже и снизу. Я оказалась в ловушке. Дергаясь и вопя от страха и боли в колене, я услышала крик Найла:
— Прыгай!
Вскинув голову, я увидела лишь силуэт, за ним и второй. Кто-то влетел в дом. Но снова… дым… Все в дыму… Он валил из отрытой двери дома, сквозь полопавшееся стекло окон, но все равно все было в дыму, просто невозможно проветрить.
— Джен, прыгай! — это уже не Найл. Это Стайлс.
Черт вас подери! Здесь метра три высоты. Я умру со страху. Или правда сейчас умру. Мой организм однозначно отравлен угарным газом — голова страшно кружилась — нужно немедленно прыгать. Но нога… Ненавижу свою слабость!
Я дернулась еще раз.
— Прыгай, мать твою! Чего ты ждешь? — взревел Стайлс, стоя прямо за перилами, и если бы мне удалось перевалиться… — Черт! — Гарри отскочил назад, потому что эти самые перила обрушились вниз. Так даже лучше. Я смогу просто перекатиться и упасть вниз, пусть Стайлс ловит. Иначе кости себе переломаю. — Прыгай! Ну же!
— Моя нога! — крикнула я в ответ и зажала нос и рот ладонью, задержав дыхание. Рванула еще раз, заревела в голос от содранной с колена кожи, дернулась влево и полетела вниз.
Он поймал. Только все равно упал на колено. Вполне понятно. Сложно удержать в руках человека, грохнувшегося даже с такой высоты, даже если ты супер качок. Гарри — не супер качок. Но очень крепкий. Очень. Иначе не смог бы вынести мое обмякшее тело на улицу. Он почти бегом донес меня до машины, дверцы которой были распахнуты, усадил на заднее сиденье и метнулся к прихрамывающему Найлу:
— Присмотри за ней, — бросил он и направился обратно в дом.
Да он совсем больной?
Подумать над этим не удалось. Я спрыгнула на землю и меня шумно стошнило. Голова была сама не своя, будто обухом ударили. Беспросветный звон в ушах, пульсация в висках, в горле сильное першение, глаза покрасневшие и слезящиеся. Даже зрение подсело. Я стояла на четвереньках за машиной и блевала. Наверняка мне повезло только потому, что Найл открыл входную дверь. Если бы не свежий воздух, мне пришел бы конец. Человеку мало надо, чтобы отравиться угарным газом — усвоила со школьных времен. Вероятно, я еще пострадаю. Как и Найл. Его тоже рвало. Но тому еще и по голове досталось. Я заметила на его затылке запекшуюся кровь…
— Да куда его понесло? — прохрипел Найл, когда прошло уже довольно много времени.
Гарри все не выходил. Дом уже пылал вовсю. Найл набрал номер службы спасения, назвал адрес и фамилию, чью резиденцию нужно потушить. Думаю, машина пожарной службы примчится очень скоро.
— Луис, — сказал парень в трубку, уже связавшись с Томлинсоном, — на нас напали люди Эдгара. Дом Гарри подожгли… — косой взгляд на меня, — да, она жива. Стайлс? Этот ненормальный помчался обратно. Да знаю я… Не ори! Пришли сюда людей! Пусть дожидаются пожарных… Луи, заткнись! Я вытащу Гарри!
Я стояла уже у капота машины и таращилась в сторону дома. Что Стайлсу там понадобилось? Он, видимо, далеко не всегда думает головой.
Я начала немного нервничать. Все же неприятно осознавать, что кто-то в этот вечер умрет. Мне стало не по себе.
Жутко хотелось спать, что означало — я сильно отравилась. Желудок не переставал подскакивать к горлу. Но мои глаза неотрывно смотрели в горящий дверной проем. Да где его черти носят? Кто будет разгребать все, что он натворил?
Найл, не выдержав, поплелся обратно к дому. Я за ним следом. Зачем?
— Ты куда намылилась? — рявкнул он на меня. — Жди здесь.
— Чтобы вы оба там отключились, а я осталась тут торчать?
— Ключи в замке зажигания, — почти по слогам произнес блондин и взбежал на крыльцо, но в этот самый момент ему навстречу выскочил Гарри, прижимая к лицу низ своего джемпера, и скомандовал:
— Сваливаем.
В руках он держал какие-то папки — видимо, важные бумаги — и Макбук. Он, проходя мимо, окинул меня взглядом и повторил, нахмурив брови:
— Сваливаем.
Я устало уселась на заднее сиденье машины. Найл — рядом со Стайлсом. Гарри принялся кому-то звонить, обсуждать случившееся. Отдавал приказы, что-то объяснял. Я плохо соображала.
Машина неслась по темной дороге, меня укачивало. После мерный ровный гул по гладкому шоссе. Затем снова я провалилась в сон. Вдруг голос Стайлса громко проорал, чтобы я не смела засыпать. Но мне так хотелось закрыть глаза, что я почти умирала от слишком грубого крика Гарри.
В какой-то момент я все равно вырубилась. Не знаю, с какой скоростью ехал Стайлс, но когда меня принялись тормошить, чем-то натирая щеки, чем-то отвратительно мокрым и холодным, я застонала. Страшно хотелось пить.
— Давай, Джен, открывай глаза… Эй, слышишь меня? Найл? Твою мать! Найл!
— Я в порядке, я в порядке, — донесся слабый голос Найла. — Займись ей, я сейчас очухаюсь.
Мне все же удалось разлепить веки. Стайлс выдохнул, поджав губы и качнув головой, после чего взвалил меня себе на плечо, и я едва не завопила от того, как меня снова накрыла волна тошноты. Но все обошлось. Гарри вошел в какое-то здание. Затем лифт. Коридор. Темнота. Приглушенный свет комнаты.
Мне было плевать, где я. Только бы поспать. Только бы меня не трогали. Кто-то ввалился в комнату следом за нами, и я узнала голос Найла:
— Я к доктору, Гарри, мне дерьмово.
— Давай, набери Сэма. Он отвезет.
— Позвонить Адамсу?
— Я сам.
И шаги Найла отдалились. Я, сонно моргая, посмотрела на Стайлса. Тот сосредоточенно искал что-то в своем сотовом, а, найдя, прижал его к уху и перевел взгляд на меня. Только сейчас увидела, как он перемазан сажей. Волосы Гарри были собраны в пучок на затылке. На светлом джемпере было несколько дыр. Значит Стайлс попал в огонь. Чокнутый. На его локте виднелся ожог. Заметный ожог.
— Доктор Адамс… Джек, мне нужна твоя помощь… Да. Пентхаус… Жду.
Стайлс поглядел на меня снова, после того как бросил телефон на тумбочку. Куда-то ушел, но вскоре вернулся и влажным полотенцем утер кровь с моего лица. Потом через дырку в штанах осмотрел колено, вытер рану, от чего я не переставала шипеть, обработал ее и заклеил пластырем. И все это с выражением крайней сосредоточенности, словно «на автомате», не задумываясь о действиях. Он размышлял о чем-то своем. Вполне понятно, о чем конкретно.
— Ты должна переодеться. Помочь? — спросил он после этого.
— Сама.
Я с трудом перекатилась на край, врезавшись ногами в спину Гарри, поскольку он сидел на кровати, но тут же притихла, снова прикрывая глаза. Он вздохнул, поднялся и принялся стаскивать с меня джинсы. Я ничего не могла сказать, потому что мне было лень. Сонная истома и слабость убили во мне остатки какого-либо здравомыслия, поэтому Гарри лишил меня одежды беспрепятственно. Начинала болеть голова…
На миг все исчезло, а после кто-то подсунул мне под голову руку, приподнял, и моих губ коснулось что-то холодное, а следом прозвучало:
— Пей.
Я сама выпрямилась и вцепилась в стакан пальцами, будто от этого зависела моя жизнь. Так и было, в принципе…
Вскоре Гарри ушел открывать дверь, потому что кто-то позвонил.
Доктор, мужчина средних лет, быстро оценил мое состояние, сказал, что «самое худшее позади», и ввел мне какой-то препарат. После этого док пояснил, что я должна пить много воды, еще раз внимательно проверил мои зрачки, прослушал легкие и сердцебиение, и, повторив, что мне повезло, вышел из спальни. Гарри, покосившись на меня, тоже скрылся за дверью. Я укуталась в одеяло, и мои веки потяжелели, глаза тут же закрылись. Это все, что я хотела в этот момент. Сон.
«Опять я с ним, — мысль в голове, — он вытащил меня…».
Комментарий к Глава 17. “День, в который…”